Дети упахивались на тренировках так, что готовы были съесть слона в любое время в любом виде, а крестьяне редко видели на столе изобилие, потому не привередничали.
Байцзю убывало со страшной скоростью.
Я начала грешным делом опасаться драк и песнопений, но почтение к предкам вбито в местных на подкорке. Они молча мрачно пьянели и засыпали.
Ближе к вечеру дождь прекратился."
"Похоронная процессия потянулась вниз по размокшему склону к месту захоронения. Ноги скользили и вязли, у некоторых еще и заплетались, но нести гробы доверили самым трезвым, потому обошлось без эксцессов.
Я не пила, но все равно то и дело проскальзывала. Учитывая узкую тропку и отсутствие ограждения, сердце каждый раз замирало от ужаса. Пока добрались до кладбища, чуть не сорвалась раза три.
Нет, до окончания школы я больше с горы ни ногой!
Кладбище располагалось в стороне от деревни и довольно далеко от дороги. Извилистая тропка вела к участку низколесья, где в весенней короткой траве тут и там проглядывали плиты. Не привычные кресты и даже не квадратные куски мрамора.
Каждый был огранен по-особому, насколько хватило фантазии и денег заказчика. Над некоторыми холмиками высились настоящие произведения искусства, но таких было мало. В основном — многоугольные фигуры, на верхней грани которых высечены иероглифы. Год, возраст, имя. Если имелись заслуги, их обязательно указывали. Так, пока мы шли по погосту, я нашла троих старейшин, одного министра и шесть талантливых мастеровых.
Могилы заранее выкопали на разных участках.
Одного ученика положили в семейном склепе — подземная конструкция, похожая на подпол, только на полках вместо банок и консервов… бррр. Я туда как зашла, так и выскочила тут же, с трудом удерживая внутри содержимое желудка.
Бледности никто не удивился. Всем было нехорошо.
От эмоций или возлияний — другой вопрос.
Рядом с печальным грузом шли нестройной цепочкой женщины и тянули на одной ноте нечто заунывное, очень подходящее к ситуации. Если честно, временами становилось жутковато.
Когда последняя горсть земли закрыла гробы, все опустились на колени, где стояли.
Я оказалась позади господина Хайна — как и положено личной служанке. Заодно вместо ледяной влажной земли устроилась с относительным комфортом на его накидке. Главное успеть вовремя встать, чтобы не порвать ничего.
И правильно сделала, потому что в этой позе — на коленях — мы простояли до глубокой ночи. Лишь с первыми лучами выкатившейся из-за горы луны нам было позволено подняться на ноги.
