Лисья нора

Принимать душ смысла не имело – после обеда предстояла вторая тренировка, – но появляться перед Бетси потными и грязными тоже не хотелось. Нил снял экипировку, обтерся полотенцем и переоделся в спортивный костюм для дневной кардиотренировки. После он дождался Рене в комнате отдыха, и они вместе покинули стадион.

Все лето Нил старался не оставаться с Рене Уокер наедине, и вот теперь им пришлось вдвоем ехать через весь кампус в медицинский центр. Нила так и подмывало спросить, как это у нее получается ладить с Эндрю, но он не хотел затевать разговор, поэтому упорно таращился в окно в надежде, что Рене поймет намек.

Она и поняла – включила радио и заполнила неловкую тишину музыкой.

Нил не ожидал, что стоянка окажется забита машинами, хотя удивляться, в сущности, не стоило: на носу учебный год, в «Лисьей башне», как и в других общагах, полно народу, так что и трафик в кампусе стал плотнее. Днем Нил ходил на тренировки, а по вечерам не высовывал носа на улицу, а потому избегать лишних контактов ему пока удавалось, однако в комнату к ним все чаще заглядывали какие-то знакомые Сета и Мэтта.

Заслышав стук в дверь, Нил предпочитал укрыться от посторонних глаз, поскольку Ваймак еще не представил его комитету ни очно, ни заочно. И невидимкой Нил собирался оставаться как можно дольше.

Медицинский центр был разделен на две половины: в передней находилось терапевтическое отделение, в глубине – отделение психологии. После того как Рене отметилась за обоих в регистратуре, они зашагали по коридору к кабинету Бетси.

В холле Нил плюхнулся на бледно-голубую кушетку и постарался не смотреть на часы. С каждой минутой пружина в груди сжималась все туже; Нил чувствовал, что вот-вот лопнет от напряжения, но расслабиться хоть убей не мог. Мысль о тридцати минутах наедине с мозгоправом сводила его с ума.

Прошла целая вечность, прежде чем Рене вышла из кабинета в сопровождении психолога. У доктора Бетси Добсон были светло-каштановые, слегка завитые волосы длиной до подбородка. Морщинки вокруг рта свидетельствовали о частых улыбках и сердечности натуры.

Бетси производила впечатление женщины дружелюбной, но отнюдь не безобидной. Взгляд карих глаз, устремленных на Нила из-под очков в тонкой оправе, был ясным и проницательным. Нил невзлюбил ее с первой секунды – сказались взвинченное состояние и неприязнь ко всем представителям этой профессии.

– Ты, должно быть, Нил, – произнесла она. – Здравствуй.

Нил заставил себя подняться с кушетки и подойти к ней.