Усталые, изнуренные фронтом, отбывали на переформирование, а другие – едва отказавшаяся от материнской груди, совсем молодая поросль, а потому дерзкая, молодцеватая, всерьез верившая в бессмертие, торопилась на фронт."
"Худо-бедно, но ехали. Остановились пару раз, чтобы поменять пробитое колесо, подкатили к Гжатску изрядно вымотанные дорогой и, покружив малость среди развалин, отыскали местное НКВД, расположившееся в двухэтажном каменном здании.
Романцев прошел по коридору, где по обе стороны стояли двери без табличек с фамилиями и без номеров.
Услышав за одной из них негромкие голоса, постучавшись, тотчас распахнул. За столом сидел круглолицый майор НКВД и разговаривал с каким-то худощавым безруким мужчиной. По всему видать, бывший фронтовик.
– …А я ему и говорю, а чего это у тебя медаль «За боевые заслуги» какая-то другая? У меня, дескать, серебряная, а у тебя из латуни. А его приятель мне отвечает: «Чего ты к парню пристал? Какая была, такую и выдали!»
Майор в ожидании посмотрел на вошедшего.
Вытащив удостоверение, Тимофей представился:
– Старший лейтенант Романцев, военная контрразведка СМЕРШ.
– Майор Ефимцев, начальник гжатского НКВД.
– А вот это мои особые уполномочия, – развернул Романцев листок за подписью заместителя наркома, – здесь написано, что любые органы власти должны содействовать мне в оперативном расследовании.
– Хм, как говорится, чем смогу… – слегка оробев, произнес майор.
– Вы не будете возражать, если я поговорю с вашим посетителем? – соблюдая формальность, спросил Тимофей Романцев у майора.
– Пожалуйста, товарищ старший лейтенант, – несколько удивленно произнес майор. – Только как-то очень неожиданно.
– Ничего, вся наша жизнь сплошные сюрпризы.
– Как вас зовут? – доброжелательно спросил Тимофей.
– Яков.
– Ты сюда сам пришел?
– Конечно, никто меня за руки не тянул… точнее, за руку. Посидел немного, покумекал о том о сем… Сообразил, что здесь что-то не так, и решил пойти в НКВД. Здесь люди грамотные, разберутся.
– Где вы повстречали этих людей?
– В пивной… Зашел пивка попить, взял кружечку, и тут к моему столику двое подкатывают: старший лейтенант с сержантом.
Спросили меня, не занято ли, все честь по чести. Я и разрешил.
– Что дальше было? – поторопил Романцев.
– Поговорили о том, кто где воевал, а когда прощаться уже стали, так я обратил внимание, что у него медаль «За боевые заслуги» не такая, как у меня. У меня-то вся серебряная, а у него на ребристом краю через слой серебра латунь просвечивает.
