– Что там? – подавил раздражение адмирал.
Дым сигареты всегда действовал на него успокаивающе, это те самые минуты, когда ему хотелось побыть наедине с собственными мыслями, и он не любил, когда, пусть даже ненадолго, но прерывали его одиночество.
– Он сообщает, что на железнодорожную станцию Ржев прибывает спецпоезд Сталина.
Не сумев справиться с волнением, Вильгельм Канарис поднялся и прошелся по кабинету.
– Там может быть много составов. Агент указал, как выглядит спецпоезд?
– Так точно. Русские его изрядно замаскировали.
К старому паровозу прицеплен один мягкий вагон и два жестких, а вместе с ними еще вагоны с дровами и каким-то прочим хламом. Есть еще две бронированные платформы, на которых установлены зенитные установки.
– Свяжитесь немедленно с генерал-фельдмаршалом бароном Вольфрамом фон Рихтгофен. Пусть его бомбардировщики уничтожат этот спецпоезд. Как только осуществят эту акцию, пусть мне немедленно доложат о выполнении. Я должен буду сообщить фюреру о завершении операции «Хозяин»… И еще вот что, одной эскадрильи, я думаю, будет маловато, пусть задействуют дополнительные резервы.
Объясните им, что это тот самый случай, когда каждая сброшенная бомба приближает нашу победу.
– Слушаюсь, господин адмирал!
Полковник ушел. Запах одеколона смешался с запахом дыма.
Этот австрийский аристократ любил все самое лучшее: костюм обязательно итальянского покроя, ботинки предпочитал английские, а вот одеколон непременно французский. Но работать он умел, следовало отдать ему должное, пожалуй, что в своем деле он был одним из лучших.
Надо будет как-нибудь поинтересоваться у полковника: откуда у него такие замечательные ботинки, если идет война с англичанами?
Раздражение улетучилось. Подняв трубку, Вильгельм Канарис проговорил:
– Соедините меня с рейхсканцелярией.
* * *Командир второй группы пятьдесят пятой бомбардировочной эскадрильи капитан Отто Детман получил приказ немедленно вылететь в город Ржев и разбомбить до основания железнодорожный узел. Задаче не удивился, это был его двенадцатый вылет в Ржев, большая часть из которых приходилось на сорок второй год.
В последний раз он отбомбился месяц назад. Город был полностью разрушен и производил унылое впечатление. Среди хаоса они отыскали на окраине города три уцелевших здания и разнесли их в пыль, а потому приказ, отданный с полчаса назад, выглядел по меньшей мере странным. Железнодорожный узел тоже был основательно разрушен. Рельсы были буквально скручены в узлы и валялись по всей территории.
