Михаил Свиридов стоял немного в стороне и нервно покуривал, посматривая по сторонам. Большая часть денег пропала – четыреста пятьдесят тысяч находилось у Енукидзе в вещмешке. А ста тысяч, которые он имел при себе, было явно недостаточно для долгого пребывания в прифронтовой зоне.
Храпов, открыв дешифровальный блокнот, быстро переводил знаки в слова. От усердия он даже слегка закусил губу – сейчас парень напоминал старательного ученика, выполняющего домашнее задание. Оперативный псевдоним Храпова был Заяц, и тот, кто его придумал, был весьма остроумный человек.
Во внешности радиста было немало того, что роднило его с грызуном.
– Готово, – протянул Храпов исписанный листок.
Свиридов взял радиошифровку. «Макару. Информация о прибытии высшего должностного лица на линию фронта заслуживает повышенного внимания. Постарайтесь выяснить, кто именно прибывает. Если прибыл Сталин, приступить к его немедленному устранению. В этом вам поможет майор Колыванов. Пароль прежний.
Доктор».
Прочитав радиограмму, Михаил вытащил из кармана зажигалку и запалил листок. Дождался, когда он сгорит дотла, после чего скомандовал:
– Давай запрячь рацию и пойдем!
– Куда?
Михаил Свиридов невольно усмехнулся:
– Не переживай… Куда нужно!
Место для рации отыскали в дупле старой умирающей липы. Забросав рацию травой, скорым шагом вышли из леса.
Глава 8
1 Августа. Оперативная обстановка
Прошедший день принес кое-какие результаты.
Несколько часов назад полковнику Мишину доложили о том, что у деревни Матюшино, там, где год назад проходила первая линия обороны, в добротной, в четыре накатов землянке обнаружили оставшихся десять диверсантов.
На предложение сдаться они открыли очень плотный огонь. Но когда стало ясно, что боеприпасов у парашютистов предостаточно и что просто так они не сдадутся, было решено, дабы не терять бойцов, закидать их гранатами.
Командиру группы и радисту каким-то неведомым образом удалось просочиться из района десантирования через выставленные кордоны.
Еще три диверсанта были обнаружены в сорок третьем квадрате, двоих из которых пришлось уничтожить, а третьего удалось взять в плен. Из этого же места была передана радиограмма. Как объяснил командир радиопеленгаторного пункта лейтенант связи Никонов, расшифровать радиосообщение пока не удалось, но, судя по манере передачи, это был радист, отправивший два первых сообщения.
