Лицо из снов

По большому счету ему было наплевать на это и сейчас, но у Марли другое отношение к одежде, так что Дейн решил себя немного переделать. У Боннеса глаза полезли на лоб.

— Но вы же познакомились только неделю назад! Ты смеялся над ней, пытался пришить соучастие в убийстве! Мне показалось, что она тебя возненавидела!

— Марли изменила обо мне мнение, — ответил Дейн. — Словом, если я вам понадоблюсь, меня можно найти у нее дома.

— Черт возьми! Шутишь ты, что ли? Я, честно говоря, думал, что она маленько поразборчивей.

Дейн мягко улыбнулся.

— И не ошиблись. Вы же видите, что я меняюсь прямо на глазах.

И он на самом деле готов был меняться. Если Марли хочет, чтобы он носил итальянские кожаные мокасины, как у Трэммела, да будет так. Если она хочет, чтобы он брился дважды в день, он будет бриться. Если она хочет, чтобы он каждое утро часок стоял на голове, Дейн с радостью поднимет свою задницу к небу. Когда вчера вечером он явился к ней на порог с чемоданами, то понял, что немало смутил ее своим переездом.

Дейн чувствовал, что ему нужно было что-то соврать, но, черт возьми, почему он должен скрывать, что у него к Марли двойной интерес? Он был просто не в состоянии забыть про убийства и делать вид, что они тут ни при чем. Как раз при всем.

Когда дело будет сделано, он, может, и верно станет думать только о ней. Но пока Дейн не мог. И ей это хорошо известно. Вчера вечером он почувствовал, что между ними обозначилась маленькая трещинка, которой не было еще утром. Марли инстинктивно продолжала сопротивляться, как будто снова наложила на себя все прошлые ограничения.

Дейн твердо решил, что не будет упираться, когда она начнет его переделывать. Лишь бы это помогло ей открыться ему полностью.

Марли привыкла к одиночеству. Ей трудно было делить свое пространство и время с другим человеком. Вчера вечером Дейн старался поменьше мозолить ей глаза и одновременно всячески пытался показать, что с его переездом все нормально, все так и должно быть. Они занимались повседневными делами: готовили ужин, прибирали в кухне, смотрели телевизор, словно жили вместе уже несколько месяцев, а не одну нервную неделю.

И что же? Это сработало. С каждым часом внутреннее напряжение в ней ослабевало. И когда они легли в постель, и Дейн овладел ею, трещинка исчезла совсем. Он не мог сказать: навсегда ли? Возможно, что нет. Но Дейн решил изгонять ее всякий раз, как только она будет появляться. А пока что-все глубже вплетать себя в узор жизни Марли.