Лицо из снов

У нее были маленькие и ловкие, запачканные чернилами пальцы, умные глаза и голос, как колокольчик. Возраст ее определить было невозможно: что-то в диапазоне от тридцати до пятидесяти. Волосы ее выглядели засаленными, но зато кожа сияла свежестью. Как и большинство художников, Эстер одевалась кое-как. На этот раз на ней были обрезанные внизу брюки, одна из рубашек мужа и теннисные тапочки на босу ногу.

Марли сидела рядом с Эстер, держа в руке чашку кофе, чтобы вновь не заснуть, и обсуждала детали внешности убийцы.

Работа была не из легких, приходилось перебирать бесчисленное множество типов бровей, носов, глаз, губ, обговаривать величину скул, угол выступа подбородка. Закрыв глаза, Марли ясно представляла себе это лицо, но описать его на словах было сложно.

Дейн не мешал им, но все время находился рядом, постоянно подливая кофе в чашку Марли. Домой в тот день он вернулся только в шесть вечера и застал ее спящей на диване. Дейн разбудил ее, и они поехали в управление. Обращался он с Марли, как обычно, мягко, но она видела, что он не в настроении.

— Переносица чуть повыше, — задумчиво проговорила Марли, рассматривая то, что у них пока получилось. В прошлом ей не раз приходилось работать в полиции с художниками, так что она хорошо представляла, чего Эстер ждет от нее. — А глаза ближе один к другому.

Несколькими ловкими штрихами Эстер произвела в портрете необходимые изменения.

— Лучше, но все-таки не совсем то. Все дело в глазах. Они у него маленькие, колючие и близко посажены.

Линия бровей прямая.

— Да уж… Похоже, этот сукин сын ко всему прочему еще и урод, — проговорила Эстер, внося поправки.

Марли нахмурилась. Она чувствовала дикую усталость, но заставила себя сосредоточиться.

— Нет, я бы так не сказала. Внешне он не урод. Думаю, его можно назвать скорее привлекательным, даже с бритой головой.

— Банда тоже слыл красавчиком, но такое творил. Верно говорят: не суди о человеке по внешности.

Марли наклонилась вперед. На этот раз изменения, которые Эстер внесла в эскиз, заметно увеличили сходство портрета с тем лицом, которое стояло у Марли перед мысленным взором.

— Так гораздо лучше. Так, так, так… Лоб чуть шире, а череп, наоборот, поуже. У него не такая круглая голова.

Еще несколько штришков.

— Стоп! Вот так, хватит, — проговорила Марли. Она вгляделась в портрет и почувствовала, как комок дурноты подкатил к горлу. — Это он.

Дейн подошел к Марли со спины и пристально посмотрел на лицо, изображенное на рисунке.