Лицо из снов

Бросившись на нее, зажал ей рот рукой. Приставил нож к горлу…

Марли Кин замолчала. Дейн не сводил с нее глаз. Он заметил, как сильно она побледнела. На белом лице контрастно выделялись полные губы. Ему передалось то напряжение, которым она сопровождала свой рассказ. Он почувствовал, как мурашки пробежали у него вверх по позвоночнику. Атмосфера жуткая. Как будто это убийство происходило прямо сейчас.

— Продолжайте, — потребовал лейтенант. После секундной задержки она вновь заговорила, на этот раз ее голос был еще более ровным.

— Она может тешить себя иллюзиями; надеяться… Но теперь он может выпустить свою ярость на волю. Теперь он может наконец приступить к тому, ради чего пришел в этот дом. В ее глазах запредельный ужас, а в его душе поднимается ощущение всемогущества и непобедимости. Эти минуты нравятся ему больше всего. Теперь он может делать с ней все, что захочет. Она полностью в его власти, и он упивается этим. Он ее бог! Ее жизнь и смерть в его руках. Ему одному выбирать. Но он, конечно, давно уже выбрал смерть, ибо именно этот выбор доставляет наибольшее наслаждение…

Она сопротивляется, но от сильной боли и потери крови быстро слабеет.

Вбегает в спальню и падает там. Он разочарован: его берет досада на то, что борьба закончилась так скоро. Ее неспособность защищаться приводит его в бешенство. Он склоняется, чтобы вскрыть ей горло и поставить точку в игре, но тут она неожиданно оборачивается! Оказывается, эта сука притворялась! Она бьет его! Он-то хотел проявить милосердие и закончить все быстро, но теперь он ей покажет! Не стоило ей обманывать его! Ярость подобна раскаленному красному шару, который, раздуваясь, заполняет его всего. Он начинает кромсать ее и бьет до тех пор, пока не устает рука. Впрочем, дело не в усталости. Он слишком силен, чтобы уставать. Он бьет до тех пор, пока ему это не надоедает. Все закончилось слишком быстро. Он преподал ей свой урок, и она затихла. Жаль. Все вышло отнюдь не так весело, как он надеялся.,

В кабинете наступила тишина. Не сразу до Дейна дошло, что девушка закончила.

Она продолжала неподвижно и напряженно сидеть на стуле, вперив окаменевший взгляд в зашторенное окно.

Похоже, лейтенанта Боннеса разочаровало отсутствие живой реакции со стороны Дейна и Трэммела.

— Ну, и как? — нетерпеливо спросил он.

— Что» как «? — отозвался Дейн, отталкиваясь от стены.

Внимая ее ровному, бесцветному голосу, которым она вела свое повествование, он чувствовал, как внутри у него медленно закипает гнев.