Лицо из снов

Никогда раньше подобное отношение к себе так не бесило Марли. Она привыкла к недоверию и насмешкам, но вместе с тем испытывала отчаянную потребность все-таки доказать людям, заставить их поверить, убедить в том, что она может помочь, что она не обманщица.

Что же касается детектива Холлистера… Ему она ничего не желала доказывать, и ее абсолютно не волновало, что о ней подумает этот неандерталец, если он вообще способен на мыслительный процесс.

Она страшно боялась идти в полицию, так как прекрасно отдавала себе отчет в том, что этот визит положит конец спокойной жизни, которую она с таким тщанием строила все последние годы.

Вероятно, отсюда и ее гнев. А может, все дело в том, что она изменилась? Так или иначе, но когда она столкнулась с оскорбительной для себя реакцией полицейских, ее обуяла ярость. Она ушла, так как не имела никакого желания продлевать свое унижение и умолять его поверить ей. Она и так уже, черт возьми, опаздывала на работу. Обидно было только, что все оказалось совершенно впустую. Рассказала им свое видение, вновь погрузившись в его мучительную атмосферу, а этот здоровенный тупица обозвал все это» лапшой «!

Марли была настолько вне себя от гнева, что позабыла о той осторожности, с которой всегда вела машину. Она излишне резко дергала рычаг переключения передач, а движение на дороге уже стало очень плотным. Только большим усилием воли она взяла себя в руки, решив не доводить дело до аварии.

С тупицами ей приходилось сталкиваться и раньше. И довольно часто. Холлистер ничем от них не отличался.

Соригинальничал он, лишь когда приблизился к ней, намереваясь запугать своей тушей. Марли пришлось собрать все нервы в кулачок, чтобы не дрогнуть, не отвести глаз. Он надвинулся на нее как таран, прекрасно зная, что любой женщине бывает не по себе, когда над ней нависает незнакомый мужчина. Да еще если он выглядит так, как будто вырублен из цельного куска дерева и ест на завтрак гвозди. Всем известно, что люди делят полицейских всего на две категории: хорошие и гады. Марли Кин автоматически зачислила детектива Холлистера в разряд» гадов «. От такого полицейского нормальному человеку нечего ждать участия и терпимости.

Когда он подошел к ней вплотную, ею едва не овладела настоящая паника. Она до сих пор ощущала жар его большого тела, заполнивший собой тот узкий зазор, который еще оставался между ними. Интересно, избрал бы он такую же тактику устрашения, если бы она оказалась мужчиной?.. Интуиция подсказывала, что нет.