Полицейский может раскрыться только перед своим коллегой, человеком, который видит то, что и он сам, занимается тем же делом. Возвращаясь со службы домой, они не рассказывают своим женам о той грязи, с которой сталкиваются ежедневно. Да и как заикнешься об этом, к примеру, за ужином? Как говорится, приятного аппетита! Напряжение, которое накладывает на жизнь полицейского его профессия, просто невероятно. Поэтому среди них очень высок процент разводов.
Полицейские никогда не знали, как им относиться к Марли.
Сначала, конечно, они все принимали за шутку. А когда ее правота получала подтверждение, им всем становилось не по себе рядом с ней, ибо они знали, что ее дар распространяется и на них. А ведь полицейский считает, что понять его может только другой полицейский. Они чувствовали, что она знает все, что у них внутри, видит их злость, страх и неприязнь к себе. Не в силах защититься, отгородиться от нее стеной, они ощущали себя уязвимыми.
Только шесть лет назад Марли стала учиться жить так, как живут все люди; общаться с ними, не заглядывая к ним в души, а пользуясь стандартным для нормального человека набором подсказок: смыслом сказанных слов, жестами, тоном голоса, выражением лица.
Какое-то время она была в положении младенца, который только-только учится говорить или ходить, ведь в прежней жизни ей не приходилось общаться с внешним миром нормальным способом. Поначалу она даже не хотела ничему учиться, думала только об одном: «Оставьте меня в покое, в моей блаженной тишине».
Но полная изоляция не свойственна человеку. Даже отшельники общаются со своими домашними животными. И со временем, когда Марли окончательно успокоилась и перестала бояться, она инстинктивно потянулась к людям, стала наблюдать, пыталась понять их. Понять детектива Холлистера оказалось, впрочем, непросто… Она усмехнулась. Может, это потому, что ей трудно заставить себя просто посмотреть ему в лицо? Нет, его внешность нельзя назвать отталкивающей.
Дело не в не правильности черт лица, а в пронзительности его взгляда, от которого Марли просто терялась. Холлистер давил на нее своим яростным взором, принуждая вспоминать то, о чем она так хотела навсегда забыть!
Марли не боялась его, как бы ни тщился он вызвать в ней этот страх. Ему не удастся притянуть ее к делу об убийстве Надин Виник, потому что притягивать не за что. Ему не удастся найти против нее улики, потому что их не существует в природе.
