Люби и властвуй, или С мужчинами не расслабляйтесь!

И зачем я на тебя злилась? Как же я сразу не поняла, что тебе голову пробили? Злиться на тебя – последнее дело. Ты мелешь все, что ни попадя. Так вот идем с тобой такие несчастные… Одна стала бескровной, другая с пробитой головой… И пожалеть-то нас некому…

– А нас не нужно жалеть! Мы жалости не терпим! – не согласилась со мной Наталья. – Ничего страшного, что мы со стороны так жалко выглядим, что у нас крови нет и голова пробита. Зато внутри такая силища, что никому не снилось!

Я с трудом улыбнулась и тут же бросилась к вышедшей из операционной уставшей женщине:

– Простите, а операция уже закончилась?

– Что значит ваше «что»?

– Простите, а вы пострадавшему кем приходитесь? – обратила свой вопрос ко мне женщина.

– Она его будущая жена, – сразу сообразила Наташка. – Так вы нам скажете, он жив или нет? Свадьба-то будет?

– Насчет свадьбы пока не знаю. Но мужчина жив.

– Что значит это «пока»?

– Его состояние сейчас не просто тяжелое, а очень тяжелое. Критическое.

– Я так и подумала. Уж слишком вы бледная. Поезжайте домой. Хорошенько выспитесь. А нам лучше звоните. От того, что вы будете у дверей тут сидеть, ничего не изменится.

– А вдруг еще кровь потребуется?

– Не потребуется. Во всяком случае, ваша, – устало улыбнулась женщина. – Вы так выглядите, что вам самой скоро кровь потребуется.

Кивнув, я взяла Наташку за руку и направилась к выходу.

– Если операцию выдержал, значит, выкарабкается, – сделала вывод Наташка, быстро спускаясь по больничным ступенькам.

– Ты думаешь? – спросила я свою подругу с надеждой.

– Я в этом просто уверена. Чует мое сердце, что скоро играть нам свадебку!

– Потому что я Влада убила, – сказала я ледяным голосом, как только мы вышли из больницы.

– Как убила? – Наташа вытянула руку, для того чтобы поймать машину, но тут же передумала и опустила ее обратно.

– Да, Ната, не свадебку играть будем, а скоро тебе узелок мне в тюрьму собирать придется.

– Не говори глупости!

– А это не глупости. Менты уже, наверное, на мою дачу поехали. Совсем недалеко от моего участка лес. Уж они лес обязательно прочешут. А в том лесу труп Влада, лежащий лицом вниз.

– А как они узнают, что это ты… его… – Видимо, Наташкины нервы окончательно сдали, и она закрыла свой рот ладонью, для того чтобы не закричать от охватившего ее ужаса.

– А там и знать нечего.