Любимая наша

Кулаки снова сжимаются на поводьях от бессильной ярости. И чего-то незнакомого мне, но очень похожего на отчаянье.

В последние пару недель у меня всё чаще мелькает мысль, что возможно, нам придётся тут остаться. Отказаться от своей цели, от родного мира, найти способ, как перекрыть брачную связь, чего бы это нам ни стоило. Иначе мы убьём нашу сэ-авин. Убьём наших сыновей в её утробе. И сами погибнем в конце концов.

Ещё вчера мы с братом рассматривали такой вариант действий, как самый приемлемый для нас. Бросили все ресурсы на его воплощение.

И нам почти удалось. Объединив усилия, выжигая собственные энергетические каналы, мы смогли почти перекрыть связь, спасая нашу женщину. Блок держался почти сутки. И я до сих пор не понимаю, почему он сорвался.

Где-то там, в родном мире, Лина снова теряет силы с такой скоростью, что надолго её не хватит. Наша девочка и так уже отдала нам непозволительно много. И мы никак не можем ей помочь. Все наши попытки вернуть блок, сделали только хуже.

Теперь нам с братом нужно как можно скорее добраться до врат.

Возможно, там мы сможем понять, как открыть их, не задействовав энергию Лины.

Аяшши тоже взбирается на своего гриска и догоняет меня, пристраиваясь сбоку.

− Эльмор Са-оир сегодня, как раненый зверь. Опасный, злой. Да и не только он. Ты тоже, эльмор, хоть и хорошо прячешь свою боль, − как бы между делом, произносит старый ферук, покачиваясь в седле.

У этих крылатых очень своеобразные понятия, что можно открыто и свободно обсуждать друг с другом.

− Ты очень наблюдателен, Аяшши, − отвечаю ровно.

− Да, прожитые годы научили меня многое видеть, − степенно кивает проводник. – Вы с братом даже не посмотрели на лучших красавиц нашего племени, принесённых вам в дар. Наверное, вас в родном мире ждут свои красавицы, любимые жёны.

− Жена, − криво усмехаюсь я на попытку старика выведать причину нашей с Са-оиром спешки. – У нас с братом одна на двоих жена.

Наверняка он слышал что-то из наших разговоров. Тратиться на щиты, когда каждая капля силы истощает Лину, для нас сейчас непозволительная роскошь.

− Одна на двоих? – удивлённо вскидывает Аяшши брови. – У нас бывает, что сильный муж берёт несколько жён. Наоборот не бывает. Она, наверное, дивная красавица, ваша жена. Нужно очень сильно любить, чтобы делить одну женщину на двоих.

В памяти всплывает образ нашей хрупкой нежной сэ-авин. И сердце в груди привычно отзывается острой тоской. Желанием снова сжать её в своих руках, вдохнуть её запах. Услышать нежный голос.