Любимая наша

Мне претит сама мысль о том, чтобы стать причиной чьей-то смерти, чтобы убивать и калечить… Но сейчас я мать, которая защищает своих детей. Я вижу кто. Я знаю как. Нас хотят уничтожить, значит пощады не будет. Я буду уничтожать, чтобы не уничтожили нас. И мои супруги со мной полностью согласны. Прямо сейчас они видят и ощущают то же, что и я. Сейчас мы действительно едины. Не только энергетически, но на краткий миг мне кажется, что даже ментально.

И когда корабль прорывает истончившуюся грань, вылетая из разрыва уже по другую сторону, мы атакуем единым слаженным усилием.

Напалмом выжигая встречающие нас вражеские корабли, настолько стремительно, что те не успевают ни ударить в ответ, ни отступить. Атакуем, нанося сокрушительный удар по чужому чудовищному разуму, решившему, что от нас так легко будет избавиться.

На грани сознания я слышу чьё-то яростное рычание, исполненное досады, злости и обещания реванша. И когда потоки энергий, проходящих через меня, постепенно иссякают, а тело, словно в замедленной съёмке, обессиленно устремляется вниз, я вдруг ощущаю чей-то пронзительный давящий взгляд, устремлённый на меня.

Заинтересованный, недобрый… ревнивый… Кажется, я даже вижу чёрные глаза, в которых мерцают холодные чуждые звёзды. И откуда-то знаю, что эти глаза не мужские, женские… Только кто это? Дагрийка? Или та, пред кем синяя преклонила колени?

− Сумасшедшая девчонка, − на лету ловят меня сильные руки моих мужчин. Кто-то прижимает меня к своей груди.

Кто-то целует ладонь, кто-то макушку. А я всё смотрю в эти бездонные омуты. И сама не замечаю, как вскидываю подбородок в немом вызове. Путь только попробует ещё раз позариться на тех, кого я люблю.

По обнажённым нервам колючим ознобом прокатывается снисходительный смешок. И ощущение чужого внимания наконец исчезает.

Кажется, мне посулили новую встречу.

− Сэтору, − хрипло шепчу я, устало закрывая глаза. – Тебе срочно нужно поговорить с вашим Праотцом.

Делай что хочешь, но выспроси у него, кого и зачем он пустил в нашу Вселенную.

− Хм, хорошо, − удивлённо бормочет мой красноволосый муж. – Я обращусь к нему, как только смогу попасть в храм…

− Это не обязательно… он сейчас своих пра-пра-пра… не знаю в каком поколении правнуков стережёт, пока меня нет. Поклялся мне. Так что… я тут подожду, а ты иди пообщайся, пока он не может никуда от тебя деться.

Кажется, я немного задремала в руках Са-оира.