Любимая наша

− Сэтору, − зову я сипло, пытаясь справиться с дурнотой и хватаясь за подлокотники дайрата.

Нельзя проваливаться. Нельзя. Рано.

Голос мой звучит едва слышно, но супруг вмиг забывает о госте и мгновенно устремляется ко мне.

− Не знаю. Плохо. Страшно, − шепчу немеющими губами. – Меня затягивает в подпространство. Помоги.

Вместо ответа Сэтору молча подхватывает меня на руки, укачивая, как младенца. Потоки его огненной силы обволакивают меня защитным коконом, удерживая в реальности.

− Успокойся, моя девочка. Всё хорошо. Я с тобой, − бормочет, прижимаясь губами к макушке. – Я тебя держу. Ничего не бойся.

Этот хриплый шёпот становится тем спасительным тросом, что удерживает меня над пропастью. А ещё ритмичный стук где-то рядом, отзывающийся в моём сердце, заставляющий его биться в унисон. И я всем сознанием тянусь к нему, к сердцу моего красноволосого мужа. Концентрируюсь на каждом слове, позволяя ему вытащить меня из видения.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем мысли более-менее проясняются и я осознаю себя свернувшейся в клубочек у Сэтору на руках. Он уже сидит. Под ухом по-прежнему мерно бьётся его сердце. И в этот миг мне кажется, что нет для меня места безопасней.

− Я не хотела этого. Оно само, − шепчу, зажмуриваясь сильнее.

− Я знаю. Ты перенервничала, − зарывается рукой в мои волосы муж. – Я сделал ошибку, позволив тебе присутствовать при этом разговоре.

− Нет. В неведении я бы нервничала ещё больше, − возражаю ему. – И тебя бы не было рядом, чтобы помочь.

− Могу я узнать, что проис-с-сходит с императрицей? – врывается в наше иллюзорное уединение шипящий голос Аракеша.

− Зачем? Чтобы доложить Совету? – устало огрызается Сэтору.

− Разве я говорил, что с-с-собираюсь о чём-либо докладывать С-с-совету? − спокойно парирует на-агар. Притом явно понизив тональность голоса. Видимо, чтобы меня больше не пугать.

– Я предан императорскому дому и с-с-союзу с императорами. И хотел бы ус-с-слышать достаточно вес-с-ские аргументы, почему этот брак нужно держ-ш-шать в с-с-секрете. Согласитесь, с-с-ситуация выглядит вес-с-сьма неоднозначно. Ваш основной мотив, ри-одо С-с-сэтору, в свете того, что я сейчас вижу, каж-ш-шется более чем очевидным. Но этот мотив ещё больш-ш-ше ставит под с-с-сомнение вашу приверж-ш-шенность союзу с императорами.