Любимая наша

Хвост разворачивается и свивается гигантскими кольцами, а с губ срывается мучительный животный стон.

− Прекратите! – снова дёргаюсь я из рук Хаманы.

− Ты готова сделать то, что я хочу? − мурлычет та мне на ухо. – Знаешь, он очень хорошо держится. Ну вот никак не хочет показывать, где живёт твоя семья. Шаарид даже предполагает, что кто-то из твоих дражайших родственниц имеет особо важное значение для этого упрямца. Не знаешь случайно, кто именно?

Что? О чём она? Кто имеет для него значение?

В памяти почему-то вспыхивают слова Чотжара о том, что он присмотрел себе будущую супругу.

И мои догадки, что присмотрел он её на Земле…. Неужели… Он же не Соню мою имел в виду? Я ему хвост откручу, если так. Сначала спасу, дождусь, пока выздоровеет, а потом точно откручу.

− Впрочем, это не имеет значения. Всё равно сломается рано или поздно, − хмыкает Хамана. – Готова продлить его пытки своим упрямством?

− Пожалуйста, прекратите, − всхлипываю я.

− Ты знаешь, что должна сделать. Только ты можешь это прекратить.

Сука.

Как же я её ненавижу. И Шаарида. И Танатрис, которая сидит с таким видом будто наслаждается зрелищем. Они за всё заплатят!

Я не выдержу этого. Смотреть на то, как страдает мой друг, как извивается и бьётся в мучительной агонии его тело. Я уже просто не могу. От слёз ничего не вижу. Сердце обливается кровью. Но приходится тянуть время. Ждать нужного сигнала. Иначе все наши усилия насмарку. Иначе все мы здесь пропадём. Прости меня, Чотжар. Я лишь хочу, чтобы все мы выжили. Держись, мой хороший! Помощь близко.

В глазах уже темнеет от ужаса. И когда мне уже начинает казаться, что я не справлюсь, что сейчас сорвусь, или просто грохнусь в обморок от всего этого кошмара, случается то, чего я так ждала. Богар в красной мантии и маске, всё это время не сходивший с места и молча наблюдавший за происходящим, поворачивает голову и смотрит мне в глаза.

− Стойте! Стойте! Прекратите! Я всё сделаю! Я разорву эту связь, − изворачиваюсь, повернув голову к Хамане. – Прикажи ему остановиться. Немедленно.

Та удивлённо изгибает брови, а потом победно усмехается.

− Шаарид, − окликает главу Бронзовых, вынудив того замереть и поднять голову. Сжимает меня в своих объятиях. – Ну вот и замечательно. Я рада, что мы договорились.

Отпустив меня, Хамана довольно хлопает в ладоши.

− Давай не будем с этим тянуть. Морад, пришло твоё время, − смотрит она на моего спутника.

− Иди сюда, Лина, − протягивает он ко мне руку.

И я послушно иду, с трудом переставляя негнущиеся ноги.