Любимая наша

Сэтору сказал, что ко мне теперь никто не сможет прикоснуться без моего согласия. Ни ментально, ни физически. Он рискнул благосклонностью Абсолюта, чтобы научить меня… И я верю, что это сработает.

− Хорош-ш-шо, − сдаётся на-агар. – Но я буду рядом. З-с-сови, если понадоблюсь.

Он бесшумной тенью ускользает из спальни.

И я наконец-то остаюсь одна.

Застонав, зарываюсь руками в волосы. Сжимаю, больно потянув, надеясь привести себя в чувство. Надо собраться.

Это же мои мужья. Я всё ещё люблю их. Обоих люблю. Мы связаны навечно.

Но и Сэтору я тоже люблю. Смогу ли отказаться от него, чтобы примириться с Повелителями? Они ведь наверняка этого потребуют. Возможно, я сумею. Путь даже мне будет очень больно. Вот только он не примет такое решение.

Небо, как же всё невыносимо сложно.

Вздохнув, иду к двери на террасу. Может, на свежем воздухе мысли прояснятся?

Однако не успеваю сделать и нескольких шагов, как слышу до ужаса знакомый голос. Совсем рядом.

− Ну здравствуй, Лина, − на этот раз в нём больше нет шелестящих ноток.

Словно связь наладилась и исчезли помехи. Словно он стал более материален.

Замерев испуганной пичугой, я украдкой оглядываюсь вокруг. Никого.

− Уходи! Ты не сможешь меня похитить, − вскрикиваю гневно. Всеми силами скрывая охвативший меня страх.

− Не смогу. Но я и не собираюсь. Нам нужно поговорить, маленькая землянка, − саркастично хмыкает невидимый незнакомец.

− Нам не о чём говорить, − вскидываю подбородок.

− О, ты ошибаешься.

− Предложение? Серьёзно? – помотав головой, я неожиданно для себя начинаю смеяться. Это уже, наверное, истерика. Или успокоительное так действует. – Что же ты можешь мне предложить?

− Свободу, Лина. Полную свободу от всех навязанных связей. Если ты мне поможешь найти то, что я ищу.

Это звучит настолько неожиданно, что я на время попросту теряю дар речи, впав в оцепенение. И даже не сразу замечаю вихрем ворвавшегося в комнату Чотжара.

− Ч-ш-што случилос-с-сь, Лина? Почему ты кричала?

− Что? – бормочу я, подняв растерянный взгляд на своего хранителя.

− Ты кричала. Поч-ш-шему? – настойчиво требует он ответа.

− Если скажешь ему сейчас обо мне, никогда не узнаешь, какую именно сделку я хочу тебе предложить, − врывается в моё сознание другой голос. Тот самый. Принадлежащий невидимке.