Любимый незнакомец

– Фрэнсис Суини убил больше десятка людей. Никто не знает, сколько их было на самом деле. Он отрубил им головы, искромсал их тела и расшвырял останки по всему Кливленду.

– У вас нет доказательств.

– Нет, есть. – Доказательств было полно. Но ни один суд в мире их бы не принял.

– Вы почти неделю против воли удерживали человека в гостиничном номере.

– Мы удерживали его не просто так. Мы несколько дней не могли его допросить, потому что он был слишком пьян. Никто его не пытал. Мы хорошо с ним обращались.

– Его кузен – конгрессмен США, – выдавил Айри.

 – Конгрессмен, весьма откровенно высказывавшийся относительно подготовки к войне, которую ведет президент, и политики изоляционизма, которой придерживается наша страна. Президенту нужно, чтобы Суини его поддерживал.

– Мы знали об этом. И потому с Фрэнсисом Суини обошлись совсем не так, как обычно обходятся с подозреваемыми. Он был на особом счету и получил особые привилегии. Он неделю прожил в роскошной гостинице.

– Вы все заходили к Суини в номер?

– Значит, он сможет вас всех опознать? И тебя, и Несса, и Леонарда Килера, и Ройяла Гроссмана? Кстати, что там насчет Даниелы Кос? Она тоже знает, кто ты такой и на кого работаешь?

Мэлоун был не так глуп, чтобы реагировать на расспросы о Дани, но Коулз явно рассказал Элмеру Айри обо всем.

Без исключений. Коулз больше не сотрудничал с отделом разведки министерства финансов, но работал на Бюро научных расследований и потому был знаком со всеми игроками и с сотрудниками обоих агентств.

– Почти все время, которое Фрэнк Суини провел в этом номере, он был без сознания и отсыпался после неумеренных возлияний. Я наблюдал за ним. В основном он общался с психиатром, мистером Килером. Еще он говорил с Нессом и с Коулзом.

– Вот это будет история. Элиот Несс атакует своих политических противников.

– Все совсем не так, Элмер.

– Да. Не так. Я это прекрасно знаю. Но в подобной ситуации важна вовсе не правда, ведь ваши действия, абсолютно немыслимые и непозволительные, говорят куда громче, чем правда.

– Правда в том, что мы знаем настоящее имя Безумного Мясника, – парировал Мэлоун. – И пытаемся его остановить.

Айри со вздохом откинулся на спинку кресла:

– Хватит, Мэлоун. Ты совсем не дурак и отлично знаешь, как все устроено.

Мэлоун не отвечал. Палач уже занес топор, и он просто ждал, когда топор наконец опустится.

– Ты в Кливленде закончил. Дело закрыто.

– Дело вовсе не закрыто. Вы сами это только что подтвердили, – возразил Мэлоун.