Любимый незнакомец

Он не понимал, стоит ли рассказать ей обо всем, что теснилось у него в голове, просто затем, чтобы больше об этом не думать. Знает ли она, для чего он приехал в Кливленд? И как проводит здесь время? Знает, что он без конца ходит по барам, кружит по улочкам, исподтишка рассматривает местных жителей? Знает, что он уже много недель корпит над бумагами Элиота, но до сих пор ни до чего не додумался? Может, спросить у нее? Он не стал. Он повернулся к двери. Ему пора уйти.

– Вам нужно будет что-то отнести обратно домой? – спросил он.

– Да. Я забираю грязные вещи в стирку. Но сегодня я оставлю их здесь. Подожду, пока смогу прийти сюда с тележкой.

Он снова заколебался. Ему не хотелось бросать ее здесь одну.

– Идите, Майкл. Все в порядке. Я не рассчитывала на вашу помощь. Это не самая приятная работа. Правда, зимой куда лучше, чем летом.

– Смерть все равно к вам пристанет.

– После работы я тщательно моюсь. Вся моя одежда закрыта. Вам не нужно мне помогать. Я занимаюсь этим много лет.

Он поморщился. На жаре трупы быстро разлагаются.

Мороз действительно куда лучше. Он не был уверен, что смог бы войти сюда в июле. Он потопал ногами, стараясь согреться, но не ушел.

Видя его нерешительность, Дани пожала плечами, подошла к раковине, наполнила водой ведро. Она отнесла ведро к столам с мертвецами, вернулась, взяла блокнот, учетный журнал, фонарь и принялась за работу. Она ходила между столами и осматривала тела, быстро оценивая, что ей понадобится, и разговаривая, то ли с ними, то ли сама с собой.

– Нужны рубашка и брюки.

И ботинки получше. – Она записала это с легким вздохом, словно понимая, что будет непросто, и тут же двинулась дальше, продолжая называть предметы одежды, которые ей предстояло подыскать, или решая, что сгодится и та одежда, которая уже была на мертвецах. Когда она, сняв перчатки, принялась стаскивать с одного из трупов пальто, Мэлоун рявкнул:

– Господи, Дани, не смейте снимать перчатки!

– Я не звала вас сюда, мистер Мэлоун, – тихо отвечала она, переворачивая труп на бок и пытаясь высвободить пальто.

Она явно занималась всем этим не в первый раз, но ей было бы куда легче, если бы он ей помог, а не просто стоял и смотрел.

Он снял пальто, сдернул с крючка халат, нетерпеливыми пальцами завязал тесемки и вместо варежек сунул руки в самые холодные резиновые перчатки, которые ему когда-либо доводилось носить.

– Значит, я теперь снова мистер Мэлоун? – пробурчал он, подходя к ней.

– Вам не стоит снимать перчатки, – виновато сказал он.