Любить нельзя использовать

Ненавижу? Бред! Я его люблю больше жизни! И если будет нужно, то исчезну, как хотела эта сумасшедшая. Я была слишком слаба, и опять уснула. А когда проснулась, то Артура рядом уже не было.

Вставать мне не разрешили. И почти весь день я провела под капельницей. А вечером в палату ворвался вихрь в лице Татьяны, теперь уже Соколовой. Как же рада я была ее видеть! Яркая, живая, такая красивая с большим уже животиком, она с силой сжала меня в объятиях, а потом села на кровать.

– Ну, ты, мать, даешь! – выдала подруга. – Мне, между прочим, противопоказаны такие переживания и марш-броски!

– Ты зачем приехала?

– Ну, точно! Ты решила поиграть в прятки, а я сиди и жди у моря погоды?! Не дождешься!

– Тань, ты одна? Как Руслан?

– Ты думаешь, что Руслан меня бы одну отпустил?! Нет.

Мы вместе. Он пытался дозвониться Данилову, но у него отключен телефон. Кажется, он звонил его родителям. Поговорит, и ты точно получишь от брата по заднице! Чтобы в следующий раз думала, что творишь!

– Артур на дежурстве. У него всегда телефон отключен, – в груди сжалось от упоминания любимого имени.

но я тут же замерла: в палату вошел брат. Я уже и забыла, какой он высокий и красивый, когда стоит. Руслан стоял, опираясь на трость. Но стоял! Слезы сами потекли из глаз.

Он, осторожно  сделал пару шагов.

– Привет, – прошептала ему.

– Что так долго? – Татьяна повернулась к нему, ожидая ответа. Но Руслан молчал. – Руслан! Ты теперь говорить разучился?

Брат посмотрел сначала на жену, а затем перевел взгляд на меня.

– Артур Данилов арестован по подозрению в убийстве Вероники Воронцовой, – произнес Руслан.

Нет! Нет! Нет! Это чудовищная ошибка! Этого просто не может быть!

– Когда? – голова закружилась, и я боялась, что снова наступит беспамятство.

– Два часа назад, – прозвучал ответ.

– Этого не может быть! Он всю ночь был здесь! А утром ушел на дежурство!

Я не знала, во сколько ушел Артур. Но была уверена, что он не мог этого сделать! Не мог!

– Сегодня уже поздно. Завтра узнаю подробности, – голос брата был безжизненным.

Я даже не помню, о чем мы говорили. Мысли были далеко.

Понимание того, что Артуру придется провести ночь в камере, отравляло душу.

Какие же мы бываем глупыми, когда стараемся отгородиться от тех, кто нам дорог. Сами лишаем себя тех драгоценных минут, когда можем быть вместе. Но понимаем только тогда, когда это становится невозможно.

Брат и Татьяна ушли. Радости от встречи не получилось. Да и я чувствовала себя не очень. А силы мне понадобятся.