Любить - значит верить

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она услышала, как хлопнула входная дверь.

Несколько секунд Брук неподвижно стояла на одном месте, невидящими глазами глядя на дальнюю стену комнаты.

– Энди, – прошептала она, стряхивая с себя оцепенение. – Мне надо забрать Энди.

Она своим ключом открыла квартиру Джоан и вынула Энди из раскладной кроватки, которую каждый вечер устанавливали в гостиной Краковских. Энди зашевелился, но Брук знала, что привычный еженощный ритуал его по-настоящему не разбудил. Он взмахнул кулачком, случайно попав ей по подбородку, и сонно улыбнулся.

Она уткнулась лицом в его теплое плечико.

– Доброго сна, Энди, – прошептала она. – Я тебя люблю.

Он приоткрыл глаза и погладил пухлой ручонкой по ее щеке.

– Касивая, – пролепетал он. – Добого сна.

Ровно в восемь утра Брук услышала звонок, сообщавший, что у входной двери в дом стоит кто-то, пришедший к ней. Она попыталась не обращать внимания на настойчивые звонки. «Может быть, он уйдет!» – подумала она, не сомневаясь в том, что у двери стоит Морган.

Наконец пронзительные трели смолкли, и она позволила себе протяжный вздох облегчения. Заметив, что руки стиснуты в кулаки, Брук заставила себя медленно их разжать. Не может быть, чтобы это был Морган, стала убеждать она себя. Он никогда так легко не сдавался.

У нее было такое чувство, будто она получила отсрочку перед каким-то ужасающим испытанием. Однако она не сомневалась в том, что Морган постарается снова с ней встретиться, и ее охватила настойчивая потребность выбраться из квартиры прежде, чем он появится.

Ее чувства находились в смятении с той секунды, как она услышала о гибели Моргана. Эмоции, которые она предпочла бы не показывать, находились слишком близко от поверхности. Она знала, что, прежде чем снова рискнуть встретиться с Морганом, ей необходимо получше овладеть собой и своими предательскими чувствами.

– Пошли, Энди, – объявила она, вынимая его из высокого стульчика. – Мы отправляемся в магазин покупать мороженое.

Энди улыбнулся, отталкивая тарелку с остатками завтрака.

Любой выход из дома он только приветствовал, а поход в супермаркет был почти таким же хорошим развлечением, как и прогулка в парке.

Он вел себя тихо и послушно, пока Брук вытирала ему липкое личико и руки, и старался помогать ей, когда она закутывала его перед выходом на улицу. Он просунул ручонку в узкое отверстие рукава свитера и с радостным воплем приветствовал таинственное появление все той же руки из длинной вязаной трубки.