Долгого, чувственного, несущего в сказку, сладким нектаром впивающегося в губы….. С небес на землю, вернул громкий крик. — Юра-а! Ангее-ел! Юра-а! Зинки Крыловой внучка, рожать надумала! Воды отошли, фельдшера черти в райцентр унесли, помоги-ии! — истошно кричал взволнованный женский голос…
— Господи, слава Богу, я вас нашла! Наташа, Крыловых внучка, рожает, фельдшерица как нарочно в район, за лекарствами уехала, — невысокая пожилая женщина, хваталась за грудь, с трудом справлялась со сбившимся дыханием. — Скорую вызвали? — коротко спросил ставший собранным Юрий.
— Наверное. Не знаю, я сразу к Нине, фельдшеру…. — Вашу мать. Дом Крыловых, тот, что по левую сторону от вашего? — Да, по левую, в желтый покрашен. — Любаш, мне нужно бежать, ты дорогу сама найдешь? Она замялась лишь на секунду, мотнула головой:- Я с тобой, Юр. Вдруг какая помощь понадобится. Он кивнул. — Хорошо, догоняйте. Устремился вперед, не по тропе, прямиком по траве. Люба рванулась за ним, следом за ней, припустила рысцой пожилая женщина. — Нину фельдшера не застала, на обратном пути, встретила Галю Ефимову, она и сказала, что Юра Ангел к родителям приехал, видела, говорит, как вместе с красивой девушкой пошел к реке.
Ну, я и побежала. И нашла, слава Богу, нашла. Теперь за Наташку и малыша можно не волноваться, к ним сам Ангел летит. — запыхавшись, бормотала на ходу, женщина. Солнце било в глаза, в спину дул ветер с реки, словно подталкивал, просил поспешить. Конечно, конечно не стоит волноваться. Ангел летит, все будет хорошо, я помогу если понадобится, помогу, лишь бы не оплошать, не подвести Юру, и девушку эту, и малыша собравшегося появиться на свет….
Внушала себе на бегу, Люба. Женщина переводила дыхание и продолжала рассказывать:- Дом- то, Зинкин, год пустовал, а дня три назад, я с цветами возилась перед домом, смотрю, Наташка с остановки идет. Сумку тащит, мальчонку за руку ведет, сама еле ковыляет, живот большой. Вышла к ним, поздоровалась, спрашиваю: Наташ, ты с ночевкой, или так, проверить недвижимость? А она, вздохнула и говорит: — Навсегда, тетя Вера.
Больше нам некуда, здесь будем жить. Я чуть не села на землю: домишко еще крепкий, но рамы — на ладан дышат, летом то ладно, а с осени, как не затыкай, сквозит из щелей. Сени большие, чулан здоровенный, а комнатки маленькие совсем, и кухонька — не развернешься. Как тут с детьми малыми жить? Наташ, говорю, давай у меня пару дней побудете, дом хотя бы отмоем, про топим как следует. — Спасибо, говорит, тетя Вера, мы справимся.
