Любовь и гордость. Нелёгкий выбор

Напротив, пираты с заметным облегчением устроились невдалеке от паутинной арки, ожидая результатов досмотра каюты арахнида.

Что-то там пошло не так... 

Потому, как группа обыска подскочила на ноги, но соваться под арку - не торопился никто из них. Пираты вытягивали шеи, но хвататься за оружие - не спешили.

Проверяющий засранец велетел из негостиприимной каюту, как пробка из бутылки игристого вина. 

Он помчался ... по направлению к рубке?..

Совсем ничего не понимаю!

- Гутфрид, - влетая в рубку визжит прежде такой невозмутимый и уверенный в себе вожак, - Бысстро отсюда! Срочная информация для Босса!

- А мы что, больше обыскивать не будем? - удивляется тот пират, что оставался со мной, в Рубке.

- Нет! - верещит главный, - На этом крейсере никого недопустимого нет! Скорее! Бегом!

Пираты срываются на бег.

Мы со вторым пилотом и штурманом, обмениваемся непонимающими взглядами.

- Глава... - нерешительно начинает штурман, - А что это сейчас было? Нам можно уже двигаться по прежнему маршруту? - и, вдруг, замолкает, с ужасом глядя мне за спину.

Я уже знаю - КТО там. Видел на камерах, как Ото, в боевой трансформации, "вытек" из своей каюты.

- Где пришшшель..тсст..цы..? - требует Ото.

- Смылись к себе... - отвечаю я.

В это время, вспыхивает центральный экран. На нём - Рубка обыскивателей:

- Нэр Сэмюэль, вы можете следовать прежним маршрутом. Проверку вы прошли...

Экран, мигнув, потух.

- Мне ...надо... улетссстеть... Догнатсссть.. этсссот... крейсссер...  - арахнид исчез, чтобы смутной тенью, появиться в транспортном отсеке.

Запрос на вылет. Одобрение. И нэр Ото покидает на своём челноке мой крейсер.

Прошу Искина отследить маршрут арахнида.

- Нэр Ото преследует корабль недавних посетителей. - буднично докладывает бортовой разум. - Дальнейшие распоряжения?

- Продолжай отслеживать его...

Новый вызов по гало-связи прервал наше общение...

- Ах, какой радостный сюрприиииз! - тянет Шитас, расплываясь в ухмылке. Некогда красивое лицо отца моей сожительницы, а теперь, из-за пьянок, обжираловки и прочих неумеренностей, приобретшее нездоровую одуловатость и желтизну, с которыми не мог справиться даже новейший ренегар, становится совсем отвратным.

- А то ты - не в курсе! - усмехаюсь я, - Сначала мою дочь похитили и увезли к матриарху. Там её едва не сожрали какие-то твари...