Любовь и риск

— Ты знаешь меня — я верю в предчувствия; больше всего боюсь проморгать что-нибудь важное.

Свэнн понизил голос:

— Ты хочешь, чтобы Эбби чувствовала себя лучше?

Майкл загадочно улыбнулся:

— Я хочу, чтобы я чувствовал себя лучше. Но шарахаться от любой подозрительной физиономии не собираюсь.

— Не возражаешь, чтобы я проводил тебя обратно?

— Согласен, лейтенант.

Майкл украдкой кинул быстрый взгляд на Эбби, которая сидела на переднем сиденье и с несчастным видом смотрела на шоссе. Он понизил голос:

— Давай постараемся покончить с этим делом побыстрее, Свэнн.

Я не знаю, сколько времени она еще может продержаться.

Свэнн, как всегда, был невозмутим. Но Майкл не сомневался в его расположении и преданности.

— Завтра тебя подхвачу, приятель.

— Хорошо, завтра увидимся.

Когда Свэнн направился к своей машине, то предостерег Майкла в своей обычной манере:

— И не корми больше эту милую леди всякой там быстрой едой, ты слышишь?

В ту ночь Эбби почти не спала. Если бы неопределенность и страх касались только ее, она могла бы с этим справиться.

В конце концов, будучи врачом реанимационной палаты, она научилась засыпать в любой обстановке. Она могла заставить себя уснуть даже тогда, когда от дурных предчувствий все внутри замирало и перехватывало дыхание.

Эбби лежала с открытыми глазами и наблюдала, как медленно занимается ранняя заря, боялась пошевельнуться, чтобы не разбудить Майкла.

Но ее опасения были напрасны. Майкл не спал. За всю ночь он не сомкнул глаз. Его тело было напряженным и каким-то отчужденным.

У Эбби возникло неприятное ощущение, будто между ними появилась невидимая стена.

Она пыталась отвлечь Майкла от мрачных мыслей. С того момента, как они осмотрели номер и легли спать, сержант не проронил ни слова. Эбби положила голову ему на грудь и нежно обняла. Он молча курил, положив руку под голову.

— Плохая привычка, — осторожно сказала она.

Майкл невесело усмехнулся.

— Свэнн говорит, что у меня тьма плохих привычек. — Он затянулся последний раз, загасил сигарету и обнял Эбби.

 — Свэнн слишком заботлив.

Он не пошевельнулся, хотя понял ее упрек.

— Мне кажется, у нас уже был разговор — и не один — на эту тему.

Эбби не была уверена, что Майкл обратил внимание на то, как она встревожена:

— Могу ли я чем-нибудь помочь?

— Нет. Постарайся уснуть.

Приподнявшись на локте, Эбби призналась:

Взгляд его глаз потеплел. Эбби поняла, что его самоотверженность пугала ее больше всего. Он хотел один нести ответственность за их любовь.