Любовь и риск

Гостиная отделялась мраморными колоннами от центральной — деловой части холла. Она была обставлена массивными старомодными столами-тумбами на витых ножках, с мраморным верхом персикового цвета, на которых стояли расписные вазы со свежими цветами.

Монументальный холл напоминал Эбби старинные покои дворцов из далекого прошлого. Этот великолепный зал был местом действия популярного в Америке фильма Альфреда Хичкока «К северу от Северо-Запада» и известен, должно быть, шести поколениям зрителей. Ей не верилось, что Майкл отважился снять для нее номер в одном из самых фешенебельных отелей Чикаго.

— Доброе утро, — приветствовал Майкл клерка, красивую молодую женщину, которая глядела на них так, словно ждала их прибытия. — У вас должен быть заказ для мистера и миссис Смит.

Клерк проверила по книге записей, есть ли заказ, Эбби усмехнулась.

— Мистер и миссис Смит, если не возражаете. Все в порядке.

Майкл поклонился. После нескольких дней тяжкого напряжения они почувствовали себя, как студенты на каникулах.

Майкл не просто достал комнату в «Амбассадор-Ист»: он снял апартаменты. Они прошли в гостиную, обставленную классической традиционной американской мебелью, обтянутой тканями различных оттенков серого цвета, удивительно гармонирующего с рисунком нежного палевого тона. Эбби закружилась по нарядно убранной комнате; устав, она опустилась на мягкую, бархатистую кушетку. Она уже размышляла, что будет делать с множеством цветных карандашей, причудливых ручек, стопками бумаги, которые увидела на изящном письменном столике.

— Я не смог получить самые роскошные апартаменты, — сказал Майкл, — они уже сняты. Я думаю, ты не будешь возражать? — Он понимал, что задал праздный вопрос.

Эбби спрыгнула с кушетки и направилась исследовать спальню.

— Возражать?! Я никогда в жизни не была среди такого великолепия.

Ванна была отделана мрамором, со старинной, не заделанной в пол купелью, и это еще более усиливало атмосферу глубокой старины.

— Ну-ну, — кашлянул за ее спиной Майкл, довольный собой.

— Доктор, который еще продолжает выплачивать долги за обучение, — сказала она, и ее голос эхом отозвался из купели, куда она уже успела залезть.

Сама чаша была сделана из настоящей керамики и задернута занавеской. Это так не походило на меблированные комнаты в дешевых гостиницах, в каких она обычно жила, когда бывала в отпуске.