- Вань, там Костыль приехал, и еще какой-то...забыла...с обувью что-то...
Я даже не стала комментировать ничего. Зачем сыпать соль на рану. Вернувшись к столу, я обнаружила, что Андрей исчез. Как прокомментировали гости - ему позвонили и он, извинившись, уехал. Просил передать Ване свои извинения. Нормаааааааааально так, вообще. Настроение стало ни к черту.
Если коротко описать что было дальше, то можно сказать так, напились все в го... капец как. Ванька был кривой, как турецкая сабля. После разговора с Дашей он словно с цепи сорвался - по-моему, он даже не пил, а просто тупо накидывался водкой.
Я тоже была навеселе, но до уровня Ваньки мне было далеко. Если б я так пила, то не выжила бы после этого праздника. Два самых сильных, в плане выпить, гостя - Костыль и Лапоть (кто бы сомневался), пошли в баню париться. Большая часть пьяных гостей договорились с Анжеликой Васильевной, что баньку нужно будет протопить утром, изгнать алкогольные пары из организма. Ванька был пьяный, но ходил сам, слава Богу.
Глядя на то, как он стеклянными глазами смотрит по сторонам, словно не очень понимая, кто он и где он, я решила, что ему пора баиньки.
- Ваня, вставай. - Как ни странно, но он встал, - Пошли.
Он оперся на меня, шел послушно, только бубнил себе под нос что-то вроде "куда это ты меня тащишь..." Я довела его до ближайшей спаленки. Думаю Ваньке ( что-то я реже стала его Бабуином называть) было все равно - одет пододеяльник или нет... Прислонив соседа - алкаша к стене, я быстро постелила простынь, на подушку бросила наволочку и уложила его спать.
Причем он никак не хотел ложиться, а когда лег, начал кататься по кровати и мычать. Видимо вертолеты прилетели. Оглядев его критическим взглядом, я спустилась вниз, нашла на кухне тазик из-под оливье (пусть простит тетя Лида своего сына, если ему сплохеет прямо в эту пластиковую большую посудину), отнесла его наверх и поставила рядом с кроватью. Послышались шумные вопли - гости поднимались, чтобы улечься спать.
Я спустилась, вышла на улицу. Таня убирала со стола. Как и положено тамаде - она была трезвая. Почти. Мы выбросили грязную пластиковую посуду, убрали все со стола в небольшой холодильник, предусмотрительно оставив на кухонном столике бутылку минералки. Потом посовещались и поставили еще две. Из бани пришли, ударяясь по пути об косяки и углы, Костыль и Лапоть. Наверху осталась только одна свободная кровать. На нее они и легли вдвоем. Таня тоже пошла к мужу.
