Любовь не на шутку, или Райд Эллэ за!

Отчаянно пискнув, бросилась навстречу.

Оборотник подхватил меня на руки. Я обвила его ногами, с жаждой утопающего впиваясь в солоноватые, неожиданно мягкие и отзывчивые губы. Мои трясущиеся пальцы судорожно гладили покрытые щетиной щеки.

«Райд, Райд, Райд…» – мысленно повторяла я и не могла остановиться.

«Что же ты делаешь, Халли! Ты сводишь меня с ума!»

Развернувшись, лорд Эллэ прижал меня к стене, покрывая поцелуями шею.

«Я звал тебя вчера, но ты не ответила! Ты молчала, Халли! Что случилось?!»

Сквозь дурман внезапной страсти прорвалось настойчивое «кхм!», напоминая, что мы не одни в комнате.

Райд застыл, закусив губу и подняв к потолку лицо. Затем осторожно поставил меня на пол и тщательно расправил скомканную и неприличнейшим образом задранную пижамку. И только потом повернулся к моим соседкам.

– Тысяча извинений, леди. Забылся.

Учтивый кивок головой, легкая полуулыбка и отражение едва не случившегося во взгляде серых глаз заставили смущенных перевозбужденных соседок порозоветь еще больше.

Наперебой они принялись уверять, что ничего страшного не произошло. Глаза их блестели, они явно кокетничали, несмотря на то что еще даже не успели умыться.

Нутро вдруг обожгло ревностью. Новое чувство, отвратительно тяжкое…

«А что ты хотела? – мерзко пискнул внутренний голос. – Это тебе не Чаща, здесь есть и другие девушки, кроме тебя. Мно-о-ого девушек… И все они будут на него смотреть. Всегда. Независимо от того, насколько долгими окажутся ваши отношения».

– Халли, идем ко мне в комнату? – вполголоса предложил оборотник.

Согласиться хотелось. До боли, до зубовного скрежета. Но, представив, как буду смотреться рядом с ним, покорно бредущая по лестнице за бабником имперского масштаба в своей желтой пижамке, как-то растеряла уверенность. Добила жестикулирующая за спиной оборотника Таннефер. Природница всячески демонстрировала одобрение: показывала поднятые большие пальцы, кивала, подмигивала, влюбленно хлопала ресницами и даже изобразила сердечный приступ.

Обхватив себя руками, чтобы не так сильно дрожать, и с трудом совладав с лязгающей челюстью, коротко отрезала:

– Нет. – Кажется, расстроились все, включая меня саму. Отогнав прочие чувства, наконец включился мой рационализм. – Ты ранен, тебе срочно нужно в лазарет!

– Меня подлатали, сейчас там уже и царапины не осталось.

«Хочешь проверить?» – добавил он мысленно.

– Я рада, что ты в порядке. – Я хотела сказать больше, хотела обнять, но точно оцепенела.