Любовь не продаётся

Я быстро проскочила мимо людей, пряча лицо, и не смотрела никому в глаза.

— Мать припозднилась, — сорвала я.

Все ещё пребывая в неоднозначных чувствах после того случая на дороге. Только сейчас я подумала о том, что те отморозки могли вернуться в клуб и проверить та ли я самая танцовщица или нет.

— Эндар, — я замешкалась, не зная, стоило ли говорить мужчине об этом случае.

И порешив, что лишним точно не станет, рассказала все как на духу. Вскользь лишь упомянув о спасителе. Эндар напряженно потер подбородок, отпил из прозрачного стакана янтарную жидкость и произнес:

— Если сегодня их увидишь, покажи Ярику, — кивнул в сторону охранника.

 — Больше они тебя и пальцем не тронут.

— Женя! — я уже повернулась и пошла прочь, когда Эндар меня окликнул.

Застыла и обернулась с вопросительным взглядом.

— А говоришь, мама припозднилась. Нехорошо обманывать, — я лишь пожала плечами в ответ и побежала в раздевалку.

Должна была отдать Эндару должное — за шесть с небольшим месяцев нас с Ларисой ни разу не обидели.

Не попытались склонить к сексу, ни намеком, ни взглядом. Единственное, что Эндар требовал от своих людей — быть честными. Это был своего рода негласный закон, который всеми чтился.

Первую неделю мы приходили в клуб с опаской и мыслями вернемся ли домой целыми и невредимыми. Столько слухов было около личности Эндара, что иной раз возникало ощущение, что тот человек, которого мы знали и Эндар, о котором говорили местные люди, были два совершенных разных персонажа. Но он не осматривал нас с Ларой скользким взглядом, не предлагал интима и не намекал, что данной услугой мы могли заработать лишних денег.

Потому как наши напарницы — тем промышляли. Но и были старше нас лет на семь. Мы посменно танцевали в клубе, иногда общались или слышали разговоры девочек в раздевалке. Так вот те танцевали и приватные танцы, и часто обсуждали, как провели свой предыдущий вечер, а точнее ночь. Иногда даже и имен не скрывали в чьем обществе проводили время. А мы мотали на ус и сторонились этих людей, не задерживались и сразу после смены бежали домой.

И как тут не взяться плохим мыслям, что мать меня возненавидит, когда прознает о танцах? Эндару я сразу озвучила, что если он ждет, когда мы с Ларой созреем для такого рода "работы", то ничего подобного от нас от не дождется и лучше пусть сразу рассчитает. На что он ответил, что это только наш выбор. Он ни к чему и никого не принуждает. А девочки — наши сменные напарницы, сами выбрали этот путь.