Любовь не продаётся

— Но… — я словно в ледяную прорубь нырнула и вытащила на поверхность из памяти воспоминания из далекого детства. — Папа всегда был рядом… с самого маленького возраста и снимки. Бред какой-то… — я смотрела на мать округлившимися глазами.

Я все ожидала услышать. И даже то, что мне снова будут пророчить профессию проститутки, но вот это…

— А он знает? — спросила я, сопоставляя все картинки, что услужливо воспроизводила память и слова матери. Никогда я даже и подумать о таком не смела…

— Узнал после рождения Миши.

Это и стало основной причиной его ухода, но…

— И ты столько лет от меня скрывала? — теперь я понимала, почему мама так относительно спокойно отнеслась к моим танцам в клубе. У самой были тайны и груз, висевший на душе который отравлял ей жизнь. Ведь я изначально подумала, что что-то не так. Слишком хладнокровно она восприняла эту новость…

— Кто он? — мать молчала и нервно перебирала край полотенца, затем посмотрела мне в лицо с решимостью и каким-то отчаянием.

— Родной брат Эндара.

Он погиб двадцать лет тому назад. О беременности я узнала после его смерти и сразу же вышла замуж за Игоря. Он со школы за мной ходил. Даже не знал об этой связи. Да, жила столько лет во лжи! — горячо воскликнула она и посмотрела мне в лицо с вызовом. — Но никто кроме меня об этом и не знал. Даже матери — бабушке твоей — я ничего не сказала. Несла этот крест до самого появления Миши.

Правда услышанная из уст матери была сравнительна с десятибалльным землетрясением. Внутри все сотрясалось от этих слов, крошилось в пыль, и сама я летела куда-то вниз, не желая даже вскинуть руки вверх и просить о помощи.

Сердце пропустило несколько ударов, прежде чем забилось снова.

— Но… А как же он узнал? А Эндар… Он знает? — тысячи, миллионы вопросов рождались одним за другим.

Мама тяжело вздохнула, а я опустила глаза и покачала головой. Так мне стало больно внутри, будто кто-то терзал меня в клочья, рвал все внутренности и органы на куски. Я не винила мать за ложь, я просто чувствовала пустоту, как боль отвоевывала у меня все, а самое главное сердце…

Все время, все эти года я жила с чувством, что отец был предателем, а по сути он мне был чужим человеком.

Даже сложно представить, что он почувствовал, когда узнал, что я ему не родная дочь, а женщина, которая его любила (и любила ли?) была сама предательницей и обманщицей. С самого начала. Я схватила голову руками и закрыла глаза.

События последних дней походили на наваждение.