Любовь по соседству (ЛП)

После его смерти, что признали самообороной, я получила деньги в наследство и поместила на банковский счет. Ты все еще был несовершеннолетним, Ашер, поэтому я положила их под твоим именем. Деньги находились там почти двадцать лет, и я больше не хочу бремени. Я больше не могу иметь к ним отношения. Теперь ты взрослый, и я не могу получить к ним доступ, поэтому тебе нужно принять решение о том, что ты хочешь с ним делать, малыш.

Не могу поверить в это дерьмо.

— Ты серьезно, черт возьми, выливаешь все это на меня? Серьезно, ма? Я не верю в это дерьмо.

Она заметно сглатывает, прежде чем сказать напряженно:

— Подумай, что эти деньги могут сделать для тебя. Эти деньги всегда были твоими, хочешь ли ты этого или нет. Если ты их не хочешь, отдай. Подумай о том, что может сделать благотворительная организация по борьбе с насилием в семье с этими деньгами, малыш. Есть люди, которые нуждаются в помощи... точно такой же, в которой мы нуждались и которую никогда не получали.

Я могу ненавидеть ее всю оставшуюся жизнь и обвинять ее в том, что произошло, но я знаю, каким был мой отец.

Она кладет лист с деталями счета передо мной трясущимися руками, и я замираю... Я смотрю и смотрю, и смотрю, прежде чем хихикнуть. Мой смешок превращается в смех, и я вижу, что мама усмехается. Я смотрю на нее и спрашиваю:

— Это все по-настоящему, ма?

Семизначное число передо мной, и все, что я могу сделать, это смеяться. У меня не было ничего, когда я рос.

Никакие деньги не смогут это исправить.

— Вот, что я получаю? Я простой парень, мама. У меня даже нет телевизора. Я живу своими средствами. Мне это не нужно.

Ее глаза блестят, и она спрашивает:

— А как насчет твоей рыжеволосой красавицы? Может ли она их использовать?

Моя голова дергается, и мама печально улыбается.

— Встретилась с твоей девушкой сегодня. Она разорвала меня в клочья. Сказала, что я не имею права видеть тебя, и чтобы я никогда не возвращалась туда. — Мама смотрит на меня и, наконец, говорит: — Никогда.

Не могу сдержать улыбку.

Нат надрала задницу моей матери... Я бы заплатил, чтобы увидеть это зрелище. Я могу только представить, что она сказала.

Мама хихикает и тихо говорит:

— Она действительно любит тебя, Эш.