Любовь в заказе не значится

- Если в этом рабстве будут кормить, то я согласен.

Власова, не поворачиваясь, на ощупь отключила конфорку. Затем с ловкостью факира сдернула с бедер Игоря полотенце. Омлету нужно было хоть немного остыть.

- Я бы ни за что не дала тебе умереть с голоду. У меня еще слишком много эротических фантазий.

- Вот ведь неуемная женщина!

Просить или подсказывать было не нужно. Игорь одним движением сдвинул столовые приборы на край стола и усадил на него Ольгу.

- Уже жалеешь, что не согласился на тройничок?

Белья под майкой не было.

- У тех двоих не было ни одного шанса в сравнении с тобой.

Для того, чтобы Ольга стала позорно-мокрой, хватило несколько мазков по клитору.

- Я лучше? - ее голос сел.

- Ты способна затрахать так, как не смогла бы и дюжина баб, - он за волосы оттянул ее голову вниз, заставив выпятить грудь, - После тебя яйца от пустоты звенят, и сердцу можно вызывать бригаду реанимации.

Ольга облизала губы в предвкушении.

- Все так плохо? - под первый неспешный толчек выдавила из себя.

- Хуже, - Игорь распластал ее на столе и задвигался быстрее. - Гораздо хуже, но как же мне это нравится!

Как бы Игорю не хотелось попасть на рыбалку, дела снова затянули его с головой. Свободного времени на себя было катастрофически мало, потому вместо вылазки на природу Варшавский взял Ольгу с собой в Берлин.

- Сможешь отпроситься на пару дней? - наблюдая как Ольга "портит его глазунью какой-то зеленой травой", уточнил перед одним из завтраков.

Власова аккуратно лопаточкой поправила на краях шпинат и оглянулась за спину.

- Я так понимаю, на романтическое путешествие губу не раскатывать? - зыркнула из-под ресниц.

- Кто бы что ни говорил, а в умных женщинах есть своя прелесть, - словно большой довольный хищник, Варшавский с зевком потянулся.

- М-да, талант говорить комплименты у тебя тоже отсутствует, - она отвернулась, пряча улыбку.

- И как ты только согласилась со мной спать?!

- Сама себе поражаюсь.

Мужские руки легли на талию, а подбородок на плечо. Обычные, ничего особого не значащие прикосновения. За неделю после его визита к ней домой их было много. Поначалу с непривычки Ольга замирала каждый раз, пыталась понять значение, действие на себя. Потом расслабилась. Впустила Варшавского в свою зону комфорта и сама начала получать удовольствие. От того, как он лично застегивал на ней в машине ремень. Как клал ее руку на сгиб локтя, когда шли куда-то рядом.