#ЛюбовьНенависть

Когда нужен, шляется по своим девкам, а когда у меня важная встреча, мешает. Вот же!..

– Слушай, не буди во мне чудовище, – почти миролюбиво попросила я. – Сгинь, а? Я человека жду.

– А чем я не человек? – не мог успокоиться Клоун.

Я тяжело вздохнула. Господи, дай мне выдержки.

– Матвеев, если ты сейчас сорокой отсюда не ускачешь, я твоей матери расскажу, где ты вчера был, – пошла я на шантаж. О том, что вчера вечером он и его компания были в клубе, я услышала случайно в школе.

– Она знает. – Матвеев пожал плечами.

– Я скажу, что ты травку курил, – пленительно улыбнулась я.

Данька только головой покачал.

– Знаешь, Пипетка, ты с детства подставляла меня тем, что сочиняла всякую ерунду.

Пипетка? Второй раз за вечер он называет меня так. Как же давно он не обращался ко мне детским прозвищем. Я сглотнула. А он продолжал, ничего не замечая:

– Помнишь, ты в первом классе сказала, что это я твоей новой кукле голову оторвал? Так вот, это был не я. А меня, между прочим, мать за это наказала.

 – И Даня рассмеялся. Весело. Так, как смеялся раньше, когда мы общались.

– Ага, а потом ты случайно залил мою тетрадку с домашней работой водой из ведра, в которой тряпку мочили, – вспомнила я тут же.

– Мне было обидно, – ответил он и очаровательно мне улыбнулся.

«Мне тоже было обидно, когда ты обо мне забыл», – едва не сказала я вслух, но сдержалась. И вместо этого, подбоченившись, сказала:

– Даниил, пожалуйста, перестань нести свою обычную чушь и покинь меня.

У меня тут встреча вообще-то. – И я нервно посмотрела на телефон: Сергей должен был прийти уже пять минут назад. Но его, обычно пунктуального, все не было.

– Я знаю, – отозвался Данька.

– И? – исподлобья посмотрела я на него. Каждый год он все рос и рос, как скороспелый невменяемый дуб, а я, к своему недовольству, почти нет.

– Он не придет, Даш, – мягко сказал Клоун.

– В смысле? – нахмурилась я. Даша… Теперь он называет меня по имени. Что происходит?!

– В прямом.

Серый не может прийти. Поэтому я здесь. – Он поднес озябшие ладони с длинными пальцами к губам, согревая их дыханием.

Это не укладывалось в моей голове.

– Как это – не сможет? – удивленно, даже почти растерянно переспросила я. – Мы же договаривались.

Данька пожал плечами, словно говоря: я не при делах, ничего не знаю. Я была так ошарашена этим поворотом событий, что даже почти не замечала кусающегося холода, проникающего под легкое изумрудное пальто.