Любовник леди Софии

А еще — что Ник Джентри находил невероятным и одновременно подозрительным — главного судью отличали твердые моральные принципы. В общем, такого человека, как Росс Кэннон, было за что уважать.

В комнате на мгновение установилась напряженная тишина: казалось, чиркни спичкой — и грянет взрыв. Однако заклятым противникам все же хватило ума и самообладания, чтобы не повести разговор на повышенных тонах.

— Ты подарил Софии Сидней бриллиантовое колье, — заявил Росс без всяких предисловий.

Джентри театрально, с показным удивлением, кивнул:

— Значит, тебе уже и это известно.

Главный судья посмотрел на соперника так, словно был готов растерзать его на мелкие куски. Джентри пожал плечами.

— Я положил на эту киску глаз, когда парился там у вас, на Боу-стрит, — попробовал солгать он. — Так что, когда она тебе надоест, можешь отдать ее мне — я с удовольствием попользуюсь ею.

— Советую тебе держаться от нее подальше, — негромко произнес Кэннон, однако Джентри уловил в его голосе угрозу.

Джентри встретил его слова холодной улыбкой:

— Значит, она еще тебе не надоела.

— Она мне никогда не надоест. Но когда ты в очередной раз пришлешь ей подарок, я засуну тебе его в…

— Ладно, — перебил его Джентри, чувствуя, как внутри его нарастает раздражение. — Я тебя понял. Больше не буду приставать к твоей крале. А теперь убирайся из моего дома.

Кэннон посмотрел на него полным ненависти взглядом — таким можно было бы испепелить любого на месте, но только не Джентри.

— Тебе недолго осталось гулять на свободе. Сколько веревочке ни виться, все равно придет конец. Рано или поздно ты угодишь за решетку, — негромко сказал Росс. — Какой-нибудь из твоих преступных планов непременно провалится. Какая-нибудь улика непременно тебя изобличит. И тогда я полюбуюсь на тебя, когда ты закачаешься на виселице.

Джентри улыбнулся. Вряд ли Кэннон стал бы грозить ему петлей, если бы знал, что София приходится ему родной сестрой.

— Ничуть не сомневаюсь.

В глазах главного судьи мелькнуло недоумение. Он даже прищурился, пристально рассматривая своего заклятого врага.

— Прежде чем уйти, — проговорил он, — мне хотелось бы, чтобы ты объяснил мне одну вещь. То платье, которое ты прислал мисс Сидней. Она утверждает, что оно ужасно похоже на платье, что когда-то принадлежало ее матери.

— Вот как? — спокойно отреагировал Джентри.