Любовник леди Софии

— И наши с тобой отношения, начиная с самого первого момента и до сих пор, ничем не похожи на твои отношения с Элинор, ведь так?

— Да, совсем не похожи.

— Тогда почему ты считаешь, что они непременно должны оборваться так же?

Росс не ответил, лишь прижался губами к ее виску и застыл на месте, по-прежнему не выпуская ее из своих объятий.

— Я не знаю, почему твоя первая жена умерла в таких мучениях, — продолжала София. — И в том нет ее вины, равно как и твоей. Предотвратить ее смерть было не в твоей власти.

— Нет, — отрывисто произнес он и скованным движением погладил ей волосы, шею, спину.

— Своими терзаниями ты только омрачаешь ее память. — София на мгновение отстранилась от мужа, чтобы заглянуть ему в глаза. — Не думаю, что Элинор обрадовалась бы, узнав, что ты по-прежнему коришь себя в ее смерти.

— Тогда докажи! — В ее голосе звучал вызов, глаза затуманились слезами. — Живи так, как будто ничего не было, как она наверняка хотела бы, чтобы ты жил, и прекрати терзать себя.

Росс склонился над ней, и София обвила его руками. Он потянулся к ее губам, она почувствовала, как щеку слегка поцарапала его щетина. Его поцелуй был требователен, едва ли не зол, но София раскрылась ему навстречу, принимая этот напор как должное. Его руки судорожно ласкали ее тело — весь тот страх, все те опасения, что скопились в его душе, неожиданно приняли форму физического желания.

— Пойдем домой, — прошептала София. — Прошу тебя.

С негромким стоном Росс подхватил ее на руки и направился в дом. Он не замедлил шага до тех пор, пока они не оказались снова в спальне.

София проснулась обнаженная и, главное, совсем одна, под смятыми простынями. Было уже позднее утро, и она чувствовала себя разбитой. А ведь сегодня у нее столько дел! Сначала встреча с декоратором и садовником, после чего должен был состояться благотворительный обед, который ей никак нельзя было пропустить.

София перекатилась на живот и сонно улыбнулась, вспоминая их страстные ночные соития. Росс доказал ей свою любовь бессчетное количество раз, щедро осыпая ее бурными ласками, так что в конце концов она была вынуждена молить о пощаде.