Любовница по контракту

Если он посмеет… пусть только посмеет… Она сжала руку в кулачок, приготовившись…

– Но мы не хотим смазать губную помаду, не правда ли? Так что отложим это приятное развлечение на потом. Зато будет к чему стремиться.

– Адское испытание! – зашипела она, как кошка при виде воды.

– Скорее, райское, – заметил он, придав чувственности своему голосу.

Зуки отчаянно пыталась найти подходящие слова для отповеди, но Паскуале внезапно нахмурился и поменял тему разговора:

– Сегодня днем я встречался с твоим братом.

Видимо, ничего хорошего, мрачно подумала Зуки.

– О! – воодушевилась она. – И как он?

– От него несло спиртным. А день только начинался, – возмутился он, все еще хмурясь.

– Разве я сторож своему брату? – сказала она и, желая отвлечь его от неприятной темы, поинтересовалась: – Вы поладили?

– Откровенно говоря, я удивлен, как ему удалось продержаться в бизнесе целых восемь лет! – Паскуале покачал головой, как раздосадованный учитель. – Он совершенно безответственный человек!

– Разве обязательно так оскорблять? – Зуки попыталась защитить брата, хотя в глубине души была согласна с каждым словом Паскуале.

 – Ведь бизнес – занятие трудное.

– Да уж, но не труднее, чем иметь дело с твоим братом, – кисло усмехнулся Паскуале.

– А тебе бы только щеголять своим знанием английского, – съязвила Зуки. В ярких огнях магазина Хэрродз, мимо которого они проезжали, она заметила, что ее замечание вызвало у него улыбку.

– Больше всего беспокоит то, что ему просто незнакомы основополагающие понятия бизнеса.

Он тупо смотрел на меня, когда я говорил ему о поставках, спросе и движении капитала.

– Это потому, что ему не повезло, как некоторым, пройти курс менеджмента в Гарварде! Да будет тебе известно, что Пьер унаследовал компанию после смерти отца, когда ему было всего двадцать.

– Мне это известно, – мягко возразил он. – И он сказал мне, что ваша мать умерла в прошлом году. Я очень сожалею, Зуки, поверь мне.

Зуки повернулась к нему. Все что угодно, подумала она, но только не этот почти нежный голос, в котором ей послышались нормальные, человеческие нотки, а не его обычная при разговоре с ней чувственность.

Она поспешно отвернулась и стала смотреть в окно, чтобы он не увидел навернувшиеся на глаза слезы. Ей удалось успокоиться до того, как Паскуале постучал в затемненное стекло, отделявшее салон от шофера.

– Пожалуйста, остановитесь здесь, – попросил Паскуале. – Я хочу проводить мисс Франклин через боковой вход. Ты в порядке? – взглянул он на Зуки.