Любовное письмо

По-моему, письмо, которое ты получила, на самом деле было любовным посланием самой Розы к Джеймсу, точнее, Майклу, или, как в нем написано, Сиаму. И не имело никакого отношения к истинной интриге.

– Но почему в письме Роза упоминала о невозможности отношений с Джеймсом?

– Потому что достопочтенная Роза Фитцджеральд была фрейлиной. Она происходила из аристократической шотландской семьи. И вряд ли бедный ирландский актер мог составить ей хорошую партию. Наверняка им приходилось держать свою связь в секрете.

– Господи! Зачем я столько выпила? В голове туман. И мысли путаются.

– Тогда я буду думать за тебя. Проще говоря, полагаю, что Роза и сэр Джеймс…

– Майкл О’Коннелл в те дни, – поправила Джоанна.

– Майкл и Роза были любовниками. Роза, исполняя свои обязанности в королевском доме, узнала некую пикантную историю и рассказала Майклу-Джеймсу, который после начал шантажировать заинтересованное лицо. В свертках, которые Уильям Филдинг забирал для Майкла-Джеймса, вероятно, были деньги.

Затем Майкл исчез, возможно, бежал из страны, и попутно кинул Розу. А несколько месяцев спустя вернулся в новом облике и на полученные деньги купил дом на Уэлбек-стрит, женился на Грейс – и все путем.

– Ладно. Давай обдумаем твое предположение, – проговорила Джоанна. – Стоит признать, оно ничуть не хуже всего, что до сих пор приходило мне в голову. И, похоже, концы с концами сходятся. Но почему после смерти Джеймса Харрисона поднялся такой кипиш?

– Что ж, попробуем немного поразмыслить.

Мы точно знаем, что Роза провела много лет за границей и вернулась в страну сразу после смерти сэра Джеймса. Быть может, теперь, когда его не стало, она планировала раскрыть правду. Хотела очернить его имя, отплатить за то, что он бросил ее много лет назад.

– Но почему она не заговорила раньше?

– Боялась. Вдруг у Джеймса был на нее какой-то компромат и он угрожал Розе. А потом она узнала, что больна и время на исходе, и решила, что больше нечего терять.

Я ничего не знаю, Джо, просто предполагаю.

Алек затушил сигарету в пепельнице и закурил другую.

– Но ее признание могло вызвать панику во влиятельных кругах. В это дело вовлечена МИ-5, Алек. И похоже, речь о чем-то весьма серьезном, – выдохнула Джоанна. – Настолько, что начальство убедило Маркуса Харрисона соблазнить меня с целью выяснить, что мне известно.

– Кто тебе это сказал?

– Ты уверена в его словах?

Алек выругался себе под нос.