Любовное письмо

Взрыв произошел после вечерних звонков о якобы заложенной бомбе, в результате которых движение транспорта в части Вест-Энда было ограничено на два часа. Жертвами взрыва, предположительно, стали Джоанна Хаслам, работавшая в «Морнинг мейл», и Алек О’Фаррелл, возглавлявший отдел новостей в том же издании. Полиция подозревает, что они могли слишком близко подобраться к раскрытию планов Ирландской республиканской армии. После февральского теракта в Канэри-Уорф полиция находилась в состоянии повышенной готовности…

Он просмотрел другие статьи в газете и наткнулся на короткую заметку внизу четырнадцатой страницы.

ВОРОНЫ ВОЗВРАЩАЮТСЯ В БАШНЮ

Прошлой ночью смотритель с немалым облегчением обнаружил Седрика, Гвилума, Харди и остальных воронов в их жилище неподалеку от Тауэр-Грин. После того как птицы хорошо поели, смотритель объявил, что они в отличной физической форме, однако затруднился объяснить их временное исчезновение.

Водитель достал из машины инвалидное кресло и помог выбраться и сесть в него сэру Генри.

Сэр Генри указал направление.

– Оставьте меня здесь и заберите через десять минут.

– Очень хорошо, сэр.

Как только водитель ушел, сэр Генри внимательно посмотрел на могилу перед собой.

– Итак, Майкл, мы снова встретились. – Собрав все силы, он открутил крышку канистры, которую сжимал в руке, и высыпал ее содержимое на могилу. – Покойся с миром.

Частицы праха, казалось, танцевали в лучах раннего утреннего солнца, многие из них оседали на растущем на могиле розовом кусте.

Старческие руки сэра Генри вдруг задрожали, в груди возникла ноющая боль, которая усиливалась с каждым вдохом.

Но его это не слишком волновало. Наконец-то все закончилось.

Зои, пытаясь подавить рыдания, смотрела, как гроб опускается в землю. Она перевела взгляд на бледные, осунувшиеся лица родителей Джоанны, застывших напротив нее у изголовья могилы, на Саймона, чье лицо походило на страдальческую маску.

Когда церемония закончилась, собравшиеся начали расходиться. Одни направились на чай на ферму Хасламов, другие – прямиком в Лондон, в редакции своих газет.

– Привет, Зои. Как ты?

– То ничего, то в полном ужасе, – вздохнула она. – Я просто не могу принять случившееся. Совсем недавно она обнимала меня на кухне, а теперь… Господи, ее больше нет. Как и Джеймса, и Маркуса… Я уже начинаю задумываться, не проклята ли наша семья.