Любовное письмо

И те, кто прежде сомневался в твоих силах, вполне могут обратить на тебя внимание.

Маркус поднял голову и окинул ее взглядом.

– Сколько? – поинтересовался он.

– Мы с папой подумали о тридцати тысячах в год. Знаю, тебе нужно больше, – поспешно добавила она, – но это неплохой доход за несколько недель работы. Если хочешь, зарплату за первый год мы выплатим тебе авансом. – Зои указала на папку на столе. – Здесь все детали, касающиеся фонда и суммы вложенных в него денег. Возьми ее с собой и просмотри дома. Тебе не обязательно решать сейчас.

Маркус наклонился вперед и потрогал пальцами папку.

– Какое великодушие с твоей стороны, Зои. Премного благодарен за такую щедрость.

По его тону трудно было сказать, говорил он искренне или просто язвил.

– Не стоит благодарности, – осторожно заметила Зои. – Я всего лишь пыталась хоть что-то для тебя сделать. Да, это не сто тысяч, о которых ты мечтал, но рано или поздно ты получишь деньги деда.

Маркус внезапно поднялся, с яростью глядя в спокойное самодовольное лицо сестры.

– Тебе еще не надоело, Зои?

– Ты сидишь здесь с высокомерным видом и смотришь на меня сверху вниз, как на несчастного, сбившегося с пути грешника, которого еще можно спасти, проявив немного времени и терпения. Вот только… – Маркус недоверчиво всплеснул руками, – это ведь ты напортачила! Ты залетела в восемнадцать лет! И если речь не о чертовом непорочном зачатии, я бы сказал, ты знаешь о грехе побольше моего.

Зои резко побледнела.

– Да как ты смеешь оскорблять нас с Джейми! – Дрожа от гнева, она вскочила на ноги.

 – Понимаю, ты злишься и не видишь выхода и почти наверняка впал в депрессию, но я в самом деле приложила все силы, чтобы тебе помочь. И да, мне надоело. Я уже по горло сыта твоей дешевой жалостью к себе. А теперь проваливай!

– Не волнуйся, ухожу. – Он направился к двери. – А свой гребаный памятный фонд можешь запихнуть себе в одно место! Куда не попадает солнце!

Когда за ним захлопнулась входная дверь, Зои рухнула на диван и разрыдалась. Не сдерживая слез, она выплескивала все, что скопилось внутри, и не сразу услышала телефонный звонок.

Вскоре включился автоответчик.

– Э-э… привет, Зои. Это я, – раздался знакомый голос. – Я…

Она в буквальном смысле соскочила с дивана и помчалась на кухню.

– Я здесь, Арт, – выдохнула Зои в трубку. Его прежнее прозвище слетело с губ прежде, чем она сумела себя остановить.

Зои посмотрела на опухшее от слез лицо, отразившееся в стеклянной дверце кухонного шкафчика, и проговорила:

– Все хорошо.