Люди крепче стен

Бурмистрову хотелось матюгнуться в трубку, удержался. Спокойным голосом возразил:

— Товарищ генерал-майор, мои люди делают все возможное и невозможное для взятия форта. Первая штурмовая рота пробивается сейчас с юго-западной стороны в тыл к немцам…

— Никакой задержки быть не должно, — перебил генерал-майор, — к форту ты должен выйти сегодня же. Все! Конец связи!

Только сейчас Бурмистров обратил внимание на то, что аппарат был трофейный, немецкий, весьма ценимый среди связистов.

— Откуда немецкая трубка, Миронов? — невесело поинтересовался майор, находясь под впечатлением тяжелого разговора с генералом.

Связист самодовольно улыбнулся:

— На немецком наблюдательном пункте раздобыл. Там еще катушка с немецким проводом была. Так я ее до штаба полка протянул.

Спрятавшись за разбитую башню, басовито гудел танк, его экипаж дожидался приказа.

— Молодец, Миронов, когда все успеваешь… Давай красную, — сказал майор Бурмистров ординарцу, лежавшему рядом.

— Есть, дать красную! — охотно откликнулся Колисниченко и, воткнув в ракетницу патрон, выстрелил вверх.

Ракета с шипением взметнулась в воздух и, описав белым дымом большую рассеивающуюся дугу, сгорела над крышей побитого разрывами дома.

Это был сигнал к продолжению атаки. Пока ничто не мешало наступлению. Танк, зарычав, двинулся прямо в проем стены. За ним под прикрытием брони, устремилась пехота.

Развернувшись, «Т-34» проехал через боковую стену здания, прямиком на позиции разбитой зенитки. Подмяв гусеницами развороченное расплавленное железо, устремился дальше через сквер, в центре которого, укрывшись за баррикаду, находилась пулеметная точка, брызгавшая во все стороны раскаленным свинцом.

Не сбавляя скорости, танк пальнул в баррикаду, проделав в груде покореженного металла огромную дыру. На какие-то секунды пулемет умолк, показалось, что все кончено, а потом столь же назойливо замолотил вновь, заставив штурмующих залечь, спрятаться в укрытие. Не сбавляя скорости, танк надвигался на баррикаду. Следующий выстрел оказался точнее.

Штурмовики, разбившись на две части, двигались по обе стороны дороги, пресекая всякую попытку подбить танк, — поливали окна автоматным огнем, забрасывали гранатами и неумолимо двигались к концу улицы, где в высотном доме размещался укрепленный опорный огневой пункт.