Люди Великой реки (том 2)

Не знал я, кто на меня напасть хочет.

– А зачем кровососы вам? – зашел я с другой стороны.

– А вам их жалко, что ли? – удивился колдун – Вам вообще кого там жалко? Вампиры в новой форме хоть пользу приносят, караулят что-то.

– Новые тела для душ моих друзей? – перебил меня Пантелей – Верно? Я ждал вопроса.

– Тела бывают разные – наставительно сказал он – Иные надо бы на куски изрубить и в выгребную яму выбросить, поскольку души ими управляли мерзкие, а я караю лишь души злодеев, помещая в тела людей достойных.

– А тверской агент, что взят был в охрану?

– Я так и думал – вздохнул собеседник – Не разобрался я тогда. Он кем пришел к нам? Дезертиром, сбежавшим от кары за зверства на войне. Вот я его и покарал. Это уже потом вышло, узнали что ошиблись. Был бы просто отставным егерем – до сих пор бы у меня служил. И знаете, почему так вышло? Потому что ваши наниматели изначально меня в злодеях числят, вот и подослали мне другого злодея. А я злодеев не люблю. И главный мой грех – я не занимаю сторону в конфликте.

– Чудовища. Чудовища, которые стали появляться то тут, то там. Я даже охотился на одно.

– Не знаю – покачал головой он – Но я этим интересовался, для этого и в Великореченск приехал. Их кто-то делает, но кто и зачем – не знаю. Буду искать.

– А вам зачем? – спросил я.

– У меня свои причины – уклончиво ответил он.

– Лич – снова вздохнул он – Лич, лич… Всех волнует лич. Верно, есть такой лич. И я у него в учениках. И что?

– Верно, Ашмаи вам враг – кивнул Пантелей – А я – нет.

Он показал рукой на закрытые двери у нас за спиной, подразумевая «вампиро-големов», с которыми мы сцепились недавно.

– Друг моего врага – мой враг – сказал я.

– А муж сестры моей жены – мне свояк. Вы не женились еще? – сбил меня с решительных мыслей Пантелей.

Летавший у светильника светлячок вдруг прекратил нарезать круги и с тонким хрустальным звоном опустился ему на ладонь. Колдун начал его подкидывать, как мячик. Светлячок плавно взлетал и опускался обратно. Настя подошла к Пантелею и обняла его за пояс. Он улыбнулся ей, и готов поклясться, что с настоящей любовью. Машу аж перекосило.

– И все же, про лича. Что он хочет? – спросил я.

– Спросите у него – ответил Пантелей – если когда-нибудь до него доберетесь.