Лютая (СИ)

Иной раз увлекалась так сильно, что могла просидеть целый день, позабыв обо всех делах. Читала Александра не только художественную литературу, но и все, что хоть как-то привлекало внимание.

Не сказать, что было скучно, но иной раз накатывала тоска. Тишина, которой ей так не хватало, когда был жив муж, а дети еще росли, иногда давила. В такие моменты Саша выходила на улицу. Пение птиц и шепот яблонь заставляли немного взбодриться.

Дети и внуки приезжали, как иначе, но из-за работы и учебы не могли себе позволить гостить слишком долго.

В тот день не произошло ничего необычного. Она встала, как всегда, рано. Давление было немного повышенным, но ничего критичного. Александра даже не обратила на это особого внимания. Просто выпила таблетки и занялась своими делами. Вечером почитала немного перед сном и легла. А следующим утром проснулась в неожиданном для себя месте.

Поначалу она растерялась и испугалась. Вероятно из-за сковавшего ее шока, не стала сразу подскакивать и куда-то бежать.

Александра Ивановна притаилась, решив для начала все выяснить.

Неприятный запах смущал, как и незнакомая женщина, которая, судя по всему, ухаживала за ней. Незнакомка была одета странно. И это мягко сказано. На ней, кроме повязки на бедрах, не было больше ничего. Волосы всклокоченные, кожа грязная, загорелая. Сама она могла «похвастаться» жуткой худобой.

Место, в котором проснулась Александра, тоже не выглядело чистым и уютным. Судя по всему, это была какая-то хижина, больше напоминающая просторный шалаш.

Если не учитывать тонкий слой листьев, лежала Саша прямо на земле. Около соседней стены располагалось второе «ложе». На двери можно было увидеть потрепанную тряпку, которая оказалась дурно пахнущей шкурой. Выделана она была ужасно, а через многочисленные дыры в лачугу проникал свет.

Ни посуды (каменная чаша не считается), ни мебели, ни каких-нибудь вещей. Ничего. Стены забиты травой и замазаны грязью. Наверху перекладина с несколькими пучками каких-то корней.

Когда женщина увидела, что она очнулась, то очень сильно обрадовалась. Некоторое время Саша никак не могла понять, что та говорит, а потом в голове что-то щелкнуло – и язык стал понятен.

В первый день она ничего не говорила и не спрашивала, только наблюдала и пыталась осознать, что с ней все-таки случилось. Пару раз даже довольно сильно ущипнула себя, опасаясь, что все это всего лишь сон, но нет – боль оказалась резкой и ощущалась вполне реальной.