Лютая (СИ)

Сорвав несколько штук, шаман глянул в сторону Саши и принялся рассказывать об этой лечебной траве. Когда они вернулись под навес, Корги ножом осторожно порезал листы с одной стороны. Насколько поняла Александра, он стремился сделать так, чтобы как можно больше сока попало на кожу человека.

Шаман обернул листьями опухшую конечность, закрепил их и велел не двигаться, а лучше поспать. Раненый даже не думал сопротивляться. Он столько дней брел вперед без всякой надежды найти своих, что после приказа старика почти мгновенно провалился в сон.

Саша тоже попробовала охотиться так, как Борг. К ее удивлению, это оказалось не так сложно. Правда, на короткий миг ей приходилось отдавать управление телом Клеопатре. К сожалению, сама она не обладала такой проворностью. Кроме того, ее при прыжке иногда тормозил потаенный страх. Все время казалось, что она или не допрыгнет, или перепрыгнет, или просто свалится со спины яка раньше времени.

Борг поначалу нервничал, но после первого раза полностью успокоился. Лютая явно не зря получила свое имя. Он каждый раз любовался сильным и гибким телом. Женщина заметно отличалась от остальных. Она бегала быстрее, была намного легче и стремительнее. Молниеносная, безжалостная, ее удары отличались хлесткостью и меткостью. Каждый раз, видя, как его женщина охотится, Борг ощущал, как у него пересыхает во рту от охватывающего тело возбуждения.

На самом деле Саша не была такой уж хладнокровной во время охоты. Стоило ей задуматься хоть на миг, как в душе поднималась жалость к животным, но она давила в себе эти порывы и старалась никому не показывать. В это время и в этом мире эту мягкотелость просто не поймут. Всё-таки в прошлой жизни было гораздо легче в эмоциональном плане. Мясо продавалось в магазинах, и тем же курицам не нужно было лично отрубать головы или сворачивать шеи.

За всеми этими хлопотами Саша не заметила, как прошло довольно много времени. Однажды дождь все-таки закончился. Причем как-то неожиданно. Ночью еще шел, а утром все встали и увидели ясное голубое небо.

Все радовались этому так, будто внезапно наступил долгожданный праздник. Правда, долго бездельничать Рвай никому не дал. Едва поняв, что сезон подошел к концу, он собрал совет, остальным приказал потихоньку паковать вещи.