Люби меня

Пока мы ужинали, стемнело, и зажглись уличные фонари. Идеальная атмосфера для соблазнения. И, мать вашу, по Сониному очередному взгляду я понимаю, что так думаю не только я.

Она боится и сильно стесняется. Но хочет этого так же сильно, как и я.

Ну… Либо я пьян.

Я, блядь, пьян, конечно. Своею любовью. Эм-м… В смысле, тем видом похоти, который заставляет меня не просто стремиться вставить в Богданову член, а еще хотеть ее целовать и ласкать.

Блядь… Она раздевается.

Ау-ау-ау… Связь с мозгом утеряна.

Нет смысла рисоваться и идти переодевать плавательные шорты.

Да, мать вашу… Выкачу-ка я сразу член.

Почему нет-то?

Она не возражает, когда стаскиваю все. Хотя, возможно, из-за шока просто не в состоянии говорить.

– Ты тоже можешь все снять, – хриплю, пытаясь казаться спокойным и адекватным. – Никого нет. Камеры я отключил.

– Спасибо, – быстро шепчет Соня. – Мне в купальнике вполне нормально.

– Ладно.

Я и так счастлив, конечно. Как никогда в своей гребаной жизни.

– Ты охуеть какая красивая, – выписываю, прежде чем успеваю прикусить свой блядский язык.

Она невинно хлопает глазами, словно не в курсе того, как у меня гудит член. Хотя, безусловно, не в курсе. Туда Богданова не смотрит.

– Ты тоже ничего… – бормочет чрезвычайно взволнованно. – А что мне делать с браслетом? – поднимает руку. Золотые звенья сверкают в свете фонарей. – Где его можно оставить?

Вчера, когда я нашел в песке свой злополучный подарок, пообещала беречь его всю жизнь.

– Ничего ему не будет. Плавай с ним.

– А если соскользнет?

– Далеко не уплывет.

– Но…

Едва она это выдавливает, обнимаю ее и сваливаю в бассейн. Под водой получаю то, о чем так долго мечтал – Соня обхватывает меня ногами и руками. Позволяю себе вытеснить всю воду между нами. Стискиваю сильнее, чем того требуют обстоятельства. Продвигаюсь до тех пор, пока член не вжимается в горячую впадину между Сониных идеальных ног. Только после этого устремляюсь на поверхность.

Вдыхая, смотрим друг другу в глаза.

Накал растет настолько, что в какой-то момент я понимаю: видимость плывет. Только желтые пятна фонарей в общей темноте остаются. Моргаю, вспоминая, что просто обязан это делать. Медленно тяну кислород. Но тело продолжает бомбить. Подталкиваю Соню к бортику. Фиксирую у стенки. И тупо роняю голову в изгиб ее шеи.