Люби меня полностью

Сейчас, пока мы не завязли друг в друге окончательно.

— Стоять!

В два прыжка я дёрнул её обратно в спальню, быстро пристегнул руки к кресту и перехватил талию поясом. С ногами не стал заморачиваться, что она сделает? Ничего. Посмотрит до конца представление, которое я ей покажу.

— Нина, иди ко мне. У нас сессия.

Времени на подготовку не было, я уже предчувствовал реакцию Лины. Но иногда, как и с наказанием, лучше сразу погрузить на самое дно, дать хлебнуть говнеца по полной, чтобы потом чистая вода воспринималась даром, а не повседневным всегда доступным питьем.

"Я опустил Нину перед собой на колени, специально перекрывая прямое наблюдение Полины, провел рукой по всей длине ещё эрегированного члена, и посмотрел вниз на рабу только один раз.

— Глубокий минет. Соси.

После не сводил взгляда с Полины, запечатляя в памяти каждое мгновение её муки, обиды, злости на меня. Как она кричала, проклинала и под конец рыдала и скулила. Почему то я не чувствовал её ревности, хотя наказание началось именно после приступа ревности.

Или я не вижу в этих двух эмоциях разницу?

Если бы на моих глазах сейчас другой мужик драл Лину, что бы я испытывал?

Бешенство. Я не стал бы терпеть, выдрал бы ему член вместе с яйцами и засунул в глотку.

А если бы мне не дали вмешаться, заставляя смотреть?

Боль… Я чувствовал бы боль от предательства. Как она сейчас мучается от моего.

— Остановись…

Я удержал голову Нины, понимая, что совершил гнусную херню. Смотрел на рыдающую, сжавшуюся Полину и не знал, смогу ли разрулить собственными руками замешанную беду?

— Уходи. Сегодня ты не нужна, — еще глуше проговорил я, отталкивая от себя Нину.

Еще минута ушла на то, чтобы одеться. И только потом я осторожно приблизился к Лине, сразу же получив точечный удар ногой в пах.

— Твою же ма-а-ать…

Надо было и ноги ей пристегнуть! Охренеть какой сильный удар!

Я согнулся на полу, пытаясь отдышаться от удара. Дико тошнило, яйца ломило, перед глазами с бешеной скоростью мелькали звездочки.

Зашибись я провожу выходные. Запоминающиеся.

— Я разбила?.. Разбила, да? Господи, я не хотела… Дядя Саш, прости, пожалуйста!

— Всё нормально, — процедил я, всё еще пытаясь справиться с дурнотой.