Люби меня. (СИ)

С тех пор, как мне исполнилось шестнадцать. Когда подростковый переходной возраст наступил, и из несуразной девочки я превратилась я девушку, даже где-то симпатичную. Худую, правда, как щепка, но грудь имелась.

Вот тогда-то я и поняла, что из себя представляю. И учусь хорошо, и не страдаю никакими болезнями, но отклонения у меня были. А как назовешь иначе то, что я испытывала к брату? Сотни раз, за эти два года я рыдала в подушку. Плакала, провожая его на соревнования и сборы, плакала, встречая в аэропорту. Он улыбался, а мне было грустно.

Вырезала и клеила в альбом журнальные статьи о нем и его успехах в чемпионатах и радовалась за него, потому что знала, сколько ему приходится работать, чтобы стать всемирно известным спортсменом. Встречала его с какой-нибудь девушкой и рыдала от отчаяния. Ненавидела факт родства с ним, и любила его еще больше.

Украдкой смахнула непрошенную слезинку с глаз. Посмотрела на себя в зеркало. Высокая, стройная незнакомка в элегантном платье, легкая кружевная накидка на оголенных плечах.

Высокая прическа, и вечерний макияж дополняли образ.

Мама вошла в комнату, следом хвостиком за ней появился папа. Мои родители - мой идеал. Двадцать лет в браке, а чувства остались прежними. Вот такую судьбу хотела бы и я для себя. Но...

Улыбнулась родителям. И подняв голову, расправила плечи.

'Сегодня начнется новая жизнь. Все с чистого листа' - дала себе обещание.

-Наша звезда спорта уже прикатила? - невзначай поинтересовалась я. Брат жил в квартире в центре города, а я с родителями.

И сейчас он был на очередных сборах.

-Нет, но звонил только что, поезд уже подъезжает, - ответила мама, - Заскочит домой переодеться, и сразу в ресторан.

-Пусть только опоздает! - пригрозила я.

-Как он посмеет? Ты что! - немного насмешливо проговорил папа, - 'Эльфенок меня шмякнет, если опоздаю' - так он сказал мне вчера.

'Эльфенок' еще одна вещь, которую я ненавидела и обожала одновременно. Так меня называл брат, только он. От его милого обращения по всему телу разливалась приятная теплая волна.

И хотелось прижаться к нему, спрятаться от всего мира в его руках и ни о чем не думать. Но...

Сегодня я твердо решила все изменить. Если я не могу быть с любимым и единственным мужчиной, я не буду ни с кем.

Мы с родителями поехали в ресторан. Администратор уже поджидал у входа, суетясь и руководя последними приготовлениями. Папа грозно посмотрел на беднягу.

-Еще не все готово? - скорее приказ бежать и действовать, нежели вопрос о боевой готовности.