Люби меня вечно

Вскоре Кимберли узнала, что весь камень внутри замка был покрыт деревом для тепла, а оно, в свою очередь, обшито деревянными декоративными панелями или оклеено обоями.

Кимберли уже присмотрела идеальное место для напольных часов своей матери — в просторном холле. Бросив быстрый взгляд в столовую, мимо которой они прошли, она увидела, что там отсутствует буфет для фарфора, так что китайская мебель, которую уже должны были доставить в замок вместе с ее остальным имуществом, придется как нельзя кстати.

— Так, значит, вот она?

Кимберли не заметила, как сзади к ним подошла молодая женщина, но сразу же догадалась, что этот презрительный тон должен принадлежать Нессе Макгрегор.

Лахлан их познакомил, и Кимберли убедилась в том, что не ошиблась."

"Несса была миниатюрным созданием: Кимберли обнаружила, что смотрит на нее сверху вниз, оказавшись выше на целых шесть дюймов. Она была необыкновенно хороша собой: длинные черные волосы, уложенные в простую косу, и огромные серые гневные глаза. Тонкая, как тростинка, она держалась по-королевски, несмотря на свой крошечный рост и хрупкое сложение.

После приветственных слов, на которые она не ответила, и быстрого презрительного взгляда в сторону Кимберли девушка обратилась к Лахлану:

— Ну, она должна быть богаче королевы, потому что красивой ее уж точно не назовешь! Да она просто великанша! О чем только ты думал, Лахлан, когда женился на такой дурнушке?

Это было сказано громко, во всеуслышание; несколько десятков людей, которые следом за ними вошли в замок, замолчали.

Кимберли ахнула, щеки ее ярко покраснели: впервые она испытала на себе женскую злобу. Несса улыбнулась, довольная произведенным эффектом.

Улыбка не сходила с ее губ, пока Лахлан не прорычал:

— Ах ты, ведьма! Она прекрасна, а ты — просто слепая, если этого не видишь! И никакая она не великанша, как раз лучше подходит для меня. А если ты так не считаешь, то только потому, что сама ростом с ребенка!

Слова явно попали в цель, потому что Несса сразу же закричала:

— Какой я ребенок, если достала деньги, которые тебе были нужны! Не надо было жениться на этой проклятой англичанишке из-за ее денег!

— Дело в том, Несса, что я просил эту леди стать моей женой, считая ее беднее церковной мыши.

Тебе не пришло в голову, что я ее полюбил? Не смей больше называть ее англичанишкой, у нее отец такой же шотландец, как ты и я!

— Кто он?

— Не важно, кто…

— Ага, так я и думала, — с ухмылкой прервала она его. — Это просто ложь, чтобы ее тут приняли, но этого не будет.