Люби меня вечно

Ты же слышал, что рассказывала твоя тетя. Бедняга был в отчаянном положении. И к тому же он от этого отказался. Он приехал сюда, чтобы найти богатую жену, так что больше к грабежам не вернется. С приданым, которое принесет ему леди Кимберли, у него ведь не будет причин оставаться разбойником, правда?

Герцог хмыкнул:

— Если только он не получал от этого удовольствия. В противном случае он продолжит выискивать жертвы вблизи границы, будет у него жена или нет. Ты ведь не станешь отрицать, что он казался весьма довольным, когда нас грабил, Меган.

— Казался — может быть, но наверняка мы этого не знаем. Сам факт, что он ищет богатую жену, с моей точки зрения, доказывает, что ему не хочется продолжать в том же роде. Не понимаю, почему бы нам не дать ему возможности доказать, что он говорил искренне. Даже твоя бабушка готова это сделать.

— Если он говорил искренне, я готов съесть мою…"

"— Не давай обещаний, о которых можешь пожалеть, — с усмешкой перебила его Меган. — И признай: тебе он просто не нравится.

Вот твое главное возражение.

— Это только малая часть моих возражений, — настаивал он. — И хватит говорить об этом негодяе. Он не останется, и это мое последнее слово!

Глава 7

Значит, шотландец — действительно грабитель! Макгрегор и сам сказал то же самое — назвал себя разбойником, но Кимберли не приняла эти слова всерьез, поскольку разговор между ним и герцогиней, который она невольно подслушала в дверях, показался ей скорее шуткой. Но теперь герцог это подтвердил!

Макгрегор был настоящим грабителем — и к тому же однажды пытался ограбить их светлостей.

И это еще не самое страшное. Он был не просто грабителем — он похищал женщин! Поразительно. А еще более поразительно то, что этого типа сразу же не передали в руки мировому судье. Но Кимберли решила, что это связано с тем, что он — дальний родственник тетки герцога.

Несмотря на отвратительное самочувствие, она вышла к ужину, потому что хотела еще раз увидеть шотландца. Как глупо с ее стороны! А он даже не появился.

Было бы гораздо разумнее пораньше лечь в постель. Теперь же, когда она пыталась заснуть, из соседней комнаты слышался непрерывный стук, скрип, взрывы хохота и голоса — достаточно громкие, чтобы мешать, но слишком тихие, чтобы можно было разобрать слова. Она снова вспомнила бессонную ночь в гостинице — там стены были тоньше, так что она различала шотландский акцент в доносившихся до нее время от времени словах.