Люби меня вечно

Но Лахлан не собирался объяснять все это своему родичу.

— Говори потише, — прошептал он.

— Что?

— Ш-ш!

Джиллеонан изумленно захлопал глазами, но потом до него дошло.

— Ага, — ответил он, перейдя на шепот, — но что она все-таки тут делает? И что делают два здоровяка-англичанишки, которые стоят у твоей двери, словно ее охраняют?

— Может, охраняют?

Услышав сухой ответ, Джиллеонан хмыкнул и наконец посмотрел на Лахлана. Тут он присвистнул и удивленно спросил:

— Господи, кто это так обработал твою физиономию? Лахлан поморщился — на этот раз специально.

— Я настолько худо выгляжу, да?

— Да, неважно, парень. Это она?..

Лахлан снова попытался нахмуриться. У него опять ничего не вышло, так что пришлось ограничиться возмущением:

— Не говори глупостей! Это наш вспыльчивый хозяин дома. По крайней мере так мне кажется.

— Кажется? Как же ты можешь не знать, кто задал тебе самую сильную трепку за всю твою жизнь? Поверь, Лахлан, хуже ты никогда не выглядел.

Лахлан прошипел в ответ:

— Потому что я толком не проснулся, когда он начал.

Джиллеонан широко раскрыл глаза:

— Так, значит, ты и правда напился? Я так и подумал, когда увидел, как ты вчера утром разозлился. Ударил беднягу виконта — я даже не понял, с чего ты на него взъелся. Я знал, что ты пожалеешь…

— Пожалуйста, не будем это обсуждать. Я тоже не могу понять, что на меня нашло. Но каким я был ночью, вообще невозможно описать, — с отвращением сказал Лахлан.

— Не помнишь?

Джиллеонан захихикал, но Лахлану удалось все-таки нахмуриться, несмотря на то что это доставляло ему страдания. Его родич быстро посерьезнел, немного покашлял, а потом спросил:

— Так почему он тебя бил?.. Только не говори, что ты все-таки переспал с его герцогиней, а он узнал…

— Ничего подобного! — возмущенно сказал Лахлан.

— Тогда почему?

— Смутно припоминаю… Он решил, будто я украл несколько его красоток-лошадей.

— А, украл, значит?

Выразить негодование шепотом нелегко, но Лахлану все-таки удалось:

— Я тебя за это прикончу, Джилл!

— Да с каких это пор ты шуток не понимаешь? — обиделся Джиллеонан.

Обычно это было любимой фразой Ранальда, а не Джиллеонана, и Лахлан ухмыльнулся бы, если бы не было так больно.

— Я во всем этом не слишком уверен, Джилл, но если у моей двери стоит охрана, то наверняка я все очень скоро узнаю.