Женщина подносит к висящей у ее виска этикетке сканер и вносит очки в список покупок. Чтобы предотвратить бесконечное пополнение на ленте, девчонку мою аморальную приходится внаглую пропихнуть к выходу.
Она идет без остановки прямиком к двери, хотя я прошу подождать. Расплачиваюсь на бегу. Подхватываю пакет. Еще раз расшаркиваюсь в извинениях, научила-таки Маруся, вашу мать. Ловлю ее уже на парковке. Рассекает в своих новых очках, как мелкий пони с шорами на глазах.
Не могу сдержаться. Подзывая ее свистом, тихо смеюсь.
– Что-нибудь видишь?
– Нет, – размахивает руками и тоже хохочет. – Я в бункере.
– Сюда иди, – поймав ладонь, тяну ее в сторону многоэтажек. – В бункере она…
Пьяненькая Титова на все отзывается смехом и плещет энтузиазмом.
– А что мы будем делать? Пропустим свадьбу? Ты придумал, как?
– Придумал.
– Я тебя люблю!
25
Мария
У меня кружится голова. И это началось задолго до набега на магазин. Так что всему виной не только алкоголь. Мой Ярик… Мы снова вместе, как когда-то.
Всецело и безраздельно. Слов не надо, просто чувствую это.
После панической атаки, которая случилась со мной на свадьбе, эти ощущения сродни наркотической эйфории или легкому сумасшествию. Нет слов, чтобы описать все, что с нами происходит. Каждую минуту, каждую секунду рождается что-то новое. Большее… Многим большее.
Ярик приводит меня на детскую площадку.
– Сними очки, чтобы осмотреться, – посмеиваясь, просит он. – Серьезно, Маруся.
– Вижу я достаточно, – заявляю и спотыкаюсь, как только Град меня отпускает.
Он, конечно, успевает поймать, прежде чем перемахиваю через ограждение песочницы. Ржет, и мне весело. – Ладно. Окей, убедил, – закидываю очки на макушку. – О, и правда, так светло вокруг!
– Постой секунду.
Яр забирается на одно из сидений карусели «Ромашка», бросает под ноги пакет и, приподнимая меня за талию, усаживает к себе на колени.
Без каких-либо дополнительных указаний, обвиваю его руками и ногами. Не сговариваясь, устремляемся друг к другу и начинаем целоваться.
Очки слетают, не пытаемся их поймать. Дыхание вмиг сбивается. Пульс разгоняет густую и горячую кровь. Головокружение усиливается.
С упоением касаюсь его горячей кожи, вдыхаю запах, впитываю тепло и силу.
– Ярик, Ярик… – шепчу ему, когда разрываем поцелуй, чтобы восстановить дыхание. В глаза заглядываю. – Ты поехал за мной… – возвращаюсь к самому главному.
Он смотрит в ответ, но ничего не говорит.
– Качай меня, – прошу с улыбкой.
– Качаю.
