– Мне известны все семейные истории, можете не волноваться.
Последнее вырвалось на эмоциях и видимо зря. Бабушка-то не дрогнула, а вот гостья встрепенулась, её брови подпрыгнули.
– О-о-о… – протянула она.
Помолчала, изображая этакую печальную задумчивость, потом произнесла:
– Я слышала, что у вас небольшие проблемы с воспитанием, милочка, но была убеждена, что это злые сплетни.
Отлично. Вот тут я действительно не выдержала:
– А у вас самой проблем с воспитанием нет?
Дама аж подпрыгнула, напомнив взъерошенного попугая Я же мысленно прижала уши, готовая к нагоняю от Филинии – ведь тут светский разговор и, если звучат оскорбления, значит они допустимы.
Но моя нанимательница лишь улыбнулась уголками рта.
– У меня? – переспросила баронесса возмущённо. – Смею напомнить, я старше вас и поэтому…
– Имеете право оскорблять мою бабушку? – нет, тут никакого терпения не хватит!
– Филиния! – воскликнула Ойла, обращаясь за помощью к герцогине, и меня от такой наглости аж подбросило.
Серьёзно?
Нет, она всерьёз требует защиты у той, кого только что полила помоями?
– Ох, как печально, – качнула головой Фитор.
– А я-то, отправляясь сюда, была полна самых радужных надежд.
Я едва не взвыла – лицемерие баронессы разрывало в клочья. Умом понимала, что нужно сохранять спокойствие, но эмоции нарастали снежным комом, кровь начинала кипеть.
А леди Ойла вдруг ехидно сверкнула глазами, и в следующий миг я ощутила прохладное прикосновение к своему лбу. Это «прикосновение» нагло и весьма успешно полезло под кожу, и тут случились сразу две вещи.
Татуировка, которая успела сползти в район поясницы и ягодиц, обожгла кожу. Мне почудилось этакое далёкое, похожее на слуховую галлюцинацию клацанье, а баронесса вдруг побледнела и схватилась за виски.
Вскочив, она опрокинула чашку с остатками чая и пронзительно завизжала.
Филиния тоже подпрыгнула, на её пальцах появилась знакомая белая плазма. Бабушка в изумлении смотрела на гостью, ещё и слуги набежали, а Ойла всё вопила. Когда вопль перешёл в хрип, Филиния смогла вставить:
– Что такое? Что произошло?
Гостья была не в себе.
Ещё несколько долгих секунд мотала головой, потом наградила меня взглядом, полным обиды и ненависти.
– Что-то… не знаю, – прохрипела она. – Не знаю, Филиния, дорогая. Может какой-то спазм?
Угу.
Она «не знала», зато я поняла быстро. Баронесса пыталась влезть в мою голову. И кольцо, выданное герцогиней Сонтор, не защитило. Зато сработала татуировка его величества Георга.
