Офицер кивнул, а я захлопнул дверцу кареты и, стукнул по крыше, давая знак вознице. Мы покатили во дворец, к важным и безнадёжно заброшенным делам.
Если эта страсть не оставит в ближайшее время, я имею все шансы сильно ослабить собственную страну.
Ну а часом позже в мой кабинет вплыла матушка и кое-что прояснилось.
— Георг, угадай кого я сегодня видела.
— Понятия не имею, — не отрываясь от бумаг, буркнул я.
— Мм-м… Эта особа интересна и тебе, — в голосе королевы-матери прозвучало лукавство.
Маргарита Сонтор? Но я успел прикусить язык раньше, чем с него слетело провокационное имя.
— Кто? — буркнул недовольнее прежнего.
Матушка картинно закатила глаза.
После недолгого, но весьма издевательского молчания леди Мирра сказала:
— Я сегодня была в Великом Храме, пила чай с настоятельницей, и вдруг странный переполох. Двое молодых людей, кажется младший из МикВоев и старший из Храфсов, устроили потасовку, и МикВой едва не упал в пропасть. А ещё с ними была Маргарита…
— Та-ак, — я резко забыл про разложенный на столе отчёт.
Мой тяжёлый вдох, и…
— Великий Храм? Ты уверена?
— Конечно, — фыркнула леди Мирра. — Я ведь не слепая.
— Кроме потасовки что было? Что они там делали?
— Пришли полюбоваться красотами? — предположила матушка.
Вариант, но тогда зачем Марго скрывала? В любовании красотами Храма ничего криминального нет.
Либо я чего-то не понимаю, либо девушка просто ищет свободы. Доказывает независимость, хотя уже вышла из подросткового возраста.
Идти куда-то, не сообщая ни мне, ни бабушке… И если насчёт Филинии я согласен, то я… Я вообще-то король, а Маргарите, если верить миграции артефактов, грозит опасность.
Я не могу не следить!"
"Благодарно кивнув матушке, я задумался — что всё-таки происходит? Бунт или какая-то тайна? Интуиция упрямо указывала на второй вариант.
Что ж, разберусь. Вот завтра возьму за жабры Храфса с МикВоем и всё узнаю. С этой оптимистичной мыслью я, наконец, вернулся к государственным делам.
Маргарита
Губы горели, щёки пылали, внутри кипело негодование.
Я, конечно, знала, что Георг — хамло несусветное, но всему же есть предел!
В родном мире никто и никогда не смел так со мной поступать. Подобное поведение было попросту невозможно! А тут…
— Неандерталец, — с чувством выдохнула я, миновав заслон из невзрачных и совершенно невозмутимых специалистов. — Варвар!
Зато теперь ясно, что про Тень не показалось. Георг определённо собрался сделать из меня не столько телохранительницу, сколько любовницу.
